8

Мучимый весь день невольной виной и грустными мыслями, вечером позвонил старому другу Юре Пахомову. Тому самому «семейному доктору» писателя Юрия Павловича Казакова.

Придется кое-что о Пахомове рассказать.

Не только с ним одногодки, еще и земляки, он — бывший краснодарец. Если бы не мой дальтонизм, могли бы оказаться на одном курсе Военно-морской медицинской академии в Ленинграде.

Подробнее...

  • Эй, ребята! — бросил Огрыз- кин чужеземцам. — Мне плевать, как у вас принято пускать в расход! Или кончай­те всех разом, или Бурикова первым! Не хватало, чтоб у него сердце разорвалось, глядя на наши трупы! Оно у него — не нашим всем чета! За весь мир болит, включая места, где все нормально! Первым чтоб Бурикова, слышали?! Я посмотрю, какие вы солдаты! Я проверю!..

.Рыли себе могилу под прицелами автоматов и винтовок. Главарь коммандос сказал, что любой боец — свой ли, вражеский — должен быть предан земле, а не пе­ревариваться в волчьих желудках, не вываливаться из лисьих задниц по всей тайге.

  • Нет, а почему я должен рыть себе могилу? — окопавшись по колено, провор­чал Огрызкин. — Мне что, больше перед смертью заняться нечем?
  • Они по-человечески с нами хотят, — улыбнувшись, сказал Буриков. — Хоро­шие ребята. Мы их задерживаем, а они все равно.
  • Ты дурак или как? — вопросил Огрызкин. — Напоминаю: они враги. Ищут нашего с тобой соотечественника. И далеко не последнего, как ты в бухучете. Блин, спорное сравнение получилось! Не поймешь, то ли в авангарде ты, то ли в хвосте плетешься... Толян! Буриков вообще у нас даун, оказывается, — воткнув саперку, заявил Огрызкин. — Уже врагов полюбил. Дай волю — обожать начнет. Матфей Заенисейский.
  • Замолкни и рой, — произнес Ракитянский.
  • Не буду.

    Подробнее...

Это было будто вчера.

Осень 2000 года. Подъезжая к Красноярску, я печально смо­трел по сторонам. На обочинах дороги лежал снег, деревья хмуро смотрели на меня. И что бы волноваться, когда я не организа­тор «Литературных встреч в русской провинции», а всего лишь участник, один из многих приглашённых писателей России? Ду­мая о предстоящем открытии литературного праздника на роди­не классика русской литературы Виктора Петровича Астафьева, в Овсянке, молил Всевышнего, чтобы наладилась погода, засвети­ло солнце над родной мне уже деревней, осветило радостным лу­чом библиотеку-музей и не испортило предстоящего праздника.

Подробнее...

Евгений Ермолин

Литература осваивает новые возможности и обновляет старые форматы. То, что было центром, отходит на периферию, вчерашние маргиналии начинают играть ведущую роль. И это уже не столько мечта, сколько странная, причудливая, очевид­ная быль.

Когда-то я говорил уже, что литература, насколько я могу судить, разомкнула свои границы. Если раньше она объясняла и изменяла жизнь, на худой конец, ком­пенсировала ее худосочность и выморочность, то теперь она сама стала модусом вечной жизненности, ее публичным выражением. (Означает ли это, что и жизнь стала литературой? Отчасти.)

Подробнее...

7 апреля 1996 года, Сомино ЦЕНЫ

Напрасно те, кого называют красно-коричневы­ми, носят на демонстрациях портреты Ленина. Настоящие наследники большевиков не они, а нынешние демократы.

Разумеется, промышленность они не восстано­вят, войну не выиграют, но зато власть, как и запове­дали большевики, добровольно никому не отдадут.

И простому народу жизни при них уж точно не будет.

Творог стоит уже 30 тысяч рублей килограмм, сметана - 11 тысяч, картошка - полторы тысячи. Пол-литра «синопской» водки - 22 тысячи. Пачка индийского чая - 3 600 рублей, банка раствори­мого кофе - 7 100 рублей.

12 апреля 1996 года, Санкт-Петербург

ПО ДРУГУЮ СТОРОНУ ПАСХИ

Подробнее...

итургия преждеосвященных даров в церкви Спаса Нерукотворенного Образа.

Причастился.

Вечером ходил в «Народную правду».

Виктор Георгиевич Долгов объявил, что возоб­новляется выпуск «Народной правды» и направ­ление не меняется. По-прежнему мы будем выс­тупать против Ельцина, против Собчака, против Чубайса, против Гайдара.

- А за кого?

- У нас же «Народная правда». За народ, разу­меется!

Ему начали задавать вопросы, и выяснилось, что деньги на газету пока имеются только на период из­бирательной кампании, а дальше видно будет.

Я хотел было в шутку предложить поменять назва­ние газеты на «Электоральную правду», коли у нас и оппозиции народ только на время выборов нужен... Но промолчал.

Чего говорить, если другой оппозиции у нас, похоже, все равно не будет?

27 марта 1996 года, Санкт-Петербург

ПОЧЕМУ Я ПЛАЧУ, ШУРА?

Подробнее...

Взгляд у него был гипнотизирующим и безжалостным, как у питона. Ада, еще не прочувствовав до конца всей глубины опасности, посмотрела на тетю. Людмила Андреевна стояла, вытянувшись в струнку, с гордой, как всегда, осанкой, но на лице ее был неподдельный ужас. Можно ска­зать, что лицо ее просто опрокинулось от страха. О, боже! Только сей­час до Ады дошло, как она влипла! Что ж, надо попытаться хотя бы оття­нуть время.

  • Я все-таки не понимаю. — прошептала она побелевшими губами.

Арнольд, стоявший между ней и теткой, неожиданно развернулся, схва­тил девушку за плечи, больно сжал их и прошипел ей прямо в лицо:

  • Поймешь. Иначе я вытряхну из тебя все мозги. Калекой сделаю, но поймешь! На святое покусилась, падла! Говори, куда деньги дела? Где прячешь? Ну! — Он встряхнул Аду так, что она на какой-то миг чуть не за­дохнулась, а потом повернулся к Людмиле Андреевне и прорычал: — Веди ее в кабинет, а то орать будет! Веди, тебе говорю, старая кляча! Ну! Давай ключи, я сам! — Схватив с гвоздика ключи от соседней квартиры, в кото­рой умирал Коля, и дернув Аду за руку, Арнольд потащил ее за собой на лестничную площадку. Тетя, наконец, вышла из ступора и недоуменно произнесла:
  • Но это же — моя племянница. Ты что, Арнольд.

    Подробнее...

Автор провел большую подготовительную работу, включая исследование древних и экзотических предметов секс-индустрии. Текст продуманный и тща­тельно сконструированный.

Подробнее...

Герой номер два — персонаж из команды преступных программистов, этих самых богов, обретших жизнь благодаря идеям персонажа номер раз. Герой получает имя Маруха Чо или Мара Гнедых.

Подробнее...

Роман Пелевина «iPhuck 10»1 — роман, который пишет герой романа, об объектах искусства, которые создает и исследует герой романа, оказавшись в виртуальном пространстве, сам став героем своего романа...

Подробнее...

18 июня 2015 года пришла бумажка с подтвержденной квотой.

Подробнее...

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

Мне кажется, главное, когда ты узнаешь, что болен раком, — это не потерять время (если, конечно, ты хочешь выжить).

Подробнее...

Все наши разговоры сразу прекратились. Никто не шутил, не смеялся.

Подробнее...

Когда бабушка готовила варенье, кухня превращалась в чистилище. Огромный таз бурлил сразу на трех конфорках, распространяя по помещению нестерпимый жар.

Подробнее...

«Мясник смотрит на эту картинку и рубит корову или быка, как надо, — объяснил бабушка, заметив любопытный взгляд Вовика, направленный на расчлененную «державу».

Подробнее...

  • Дедушка, а почему ты потерялся? Что, сильный снег шел, как сейчас?

    Подробнее...

статья снята

Подробнее...

Рот мой полон песней, а язык ликованием, что-то зреет во мне и дает зеленые всходы, как проросший корень имбиря на подоконнике, — ведет неуклонно к тому моменту, когда я подарю свое имя горячей голубой звезде. А что это за песнь, и о чем в ней пойдет речь? Точно пока неизвестно, тема — жизнь. Сама жизнь, лишь бы только найти ее ключевую ноту, вот эту точку, начало начал, из которой исходит мир.

Подробнее...

  • Всякое бывает. А вы свечку поставьте. Говорят, помогает.

    Подробнее...

  • Где служил, коллега?
  • Саратовский СОБР, потом ОМОН после реформы. Уволился капитаном.
  • А в коллекторы тебя что понесло?

    Подробнее...

  • Если камень похож на человека, значит, это обязательно могильный памятник?

Ванатур замолчал. Арег уселся напротив него за каменный стол и принялся

разглядывать скалу-колесо, которое неощутимо вращалось на фоне звездного неба. Или, скорее, наоборот — небо вращалось вокруг него. Арег недоумевал: здесь все видится то так, то совсем иначе! Почему это?

Подробнее...

Арег не успел сделать и нескольких шагов, как вокруг заметно потемнело. Взглянув вверх, он не сумел отыскать луны, которая только что сияла у него над головой, а из густой черноты неба на него глядели бесчисленные крупные звезды, близкие и яркие. Вершина Капутана, издалека казавшаяся острой, на самом деле была окруженной скалами ровной, как тарелка, и довольно обширной площадкой.

Подробнее...

Оставив за спиной дерево желаний и перейдя на рысь, Кайцак спустился в тихую лощину. Арегу показалось, что они пересекли некую границу, он ощутил боль в висках. А когда Кайцак с той же легкостью преодолел противоположный склон, Арег словно утратил связь с собственным телом, которое непомерно разрасталось.

Подробнее...

Лучшими, по всеобщему мнению, были признаны два кадра. На мою бе­ду, ими оказались первая и вторая композиции. Без труда уловив мой дале­ко не венский акцент, мои подопечные живо поинтересовались, откуда я.

Подробнее...

Почти 10 лет назад я смотрел прямую трансляцию с оперного фести­валя по ТВ. Наутро я должен был улетать домой. Канадский режиссер- эстет перенес действие оперы из XVIII века во времена, непосредственно предшествующие Первой мировой войне, в Австро-Венгрию и натурально в бордель. По сцене слонялись совершенно голые мужики преклонных годов, с пивными животами — эрзац молодых полуголых девиц. Это было явной новацией.

В перерыве журналистская пара — он и она — одетые, как и положено на великосветском рауте, пытались взять интервью у безукоризненных джентльменов и декольтированных дам в брильянтах. Не согласился ни­кто. Интервьюерам пришлось буквально гоняться за своими жертвами, но те предпочитали словам шампанское.

Подробнее...

Мы пожали друг другу руки, и он пошел к выходу. На полпути он обернулся и помахал мне. Мне стало жаль, что мне так и не пришло в го­лову расспросить своего отца, служившего после войны здесь, в Австрии, как устраивали его однополчане свою личную жизнь и досуг на чужбине. А ведь мог бы! Когда он умер, мне было двадцать восемь. Воистину, «мы ленивы и нелюбопытны»...

Подробнее...

С наслаждением выпив до дна пол-литровую бутылку «Фёслауер» с газом («Газ вреден для здоровья!»), я достал трубку и неспешно закурил. Выкурив ее, я вытянул ноги и задремал. Меня убаюкивал шум фонтана, начальницей которого служила моя Ундина, не дававшая спуску своим подчиненным — каким-то людишкам в крестьянских шляпах, а также прервавшим свой не­зримый ход морским гадам. Ограду Курпарка обвила дольняя лоза дикого винограда. Она не прозябала. Я смежил свои отяжелевшие и набрякшие по­сле великого похода веки и вскоре услышал сквозь сон собственный храп.

Подробнее...

«Свете тихий...»

Я был живым воплощением теоремы о пределе монотонной после­довательности, доказанной некогда немцем Карлом Вейерштрассом, в соответствии с которой монотонная ограниченная последовательность в конце концов сходится. В моем случае это означало, что рано или поздно я непременно достигну своей цели — Курпарка — главного парка Бадена, и я неуклонно и неотвратимо приближался к нему.

Подробнее...

«Это значило бы рассматривать вещи слишком пристально», — отве­тил мне мой внутренний голос словами Горацио.

«Нет, право же, ничуть; это значило бы следовать за ходом вещей с должной скромностью, и притом руководясь вероятностью, — возразил я своему оппоненту словами Гамлета.

Подробнее...

Похолодел Гнат и подумал: «А может, не та? На угадку взял?»

  • Паук-то какой? — крикнул сыну.
  • А малый, с крестиком! — прокричал сын, видя из дальней дали то, что отец его едва видел в упор. — Да вот и мушка уж первая попала! Зе­леная вся!

Вот то уж точно никак не можно было угадать!

Перехватило дыхание у Гната, а когда он перевел дух, то сказал сам себе шепотом, уже страшась, что и шепот слышит младший сын с другого берега реки:

Подробнее...

Рос последыш, да не особо вырос. Так и подтягивался потихоньку, оставаясь маленьким, хоть и удаленьким. Малый рост Тараса тоже стал для его братьев искушением дать мимоходом последышу тумака. А третий повод к травле старшими — удивительно светлая кожа и легкий свет во­лос. «Да лях, что ли, какой тебя нам ночью подкинул!» — как-то не сдер­жался самый старший, Андрий, и тотчас получил от отца такую оплеуху, что кувыркался до порога.

Подробнее...

  • Так тому и быть, Гнацю, по-твоему, — легко да глубоко вздохнула жена. — Попу сам втолкуешь как надо.

А святой день того червня, когда крестили младенца, как раз и выпал на мученика Тарасия.

Подробнее...

  - За это ты меня и не любишь! - отозвался зверь, снова став самим собой.

  - Я не против хаоса, но желаю, чтобы он был контролируемым, - проговорила богиня.

  - Какой же это тогда, в баню, хаос, лапочка?!

  Саша замахал руками:

  - Так, стоп-стоп, хватит мериться в остроумии! Девчонка, которую я забыл - вот что меня беспокоит. Сана, этот мохнатый демон сказал, что у моих "Я" какая-то проблема с тем, что та история не завершилась, ты схлопнула ее, оставив в подвешенном состоянии.

  - В неопределенном варианте, - вставил Стикки-Ти.

  - Что ж, это вероятно, - не стала спорить Сана.

  - И плюшевый шибзик, намекает, что мне надо вспомнить ту реальность. Но я не понял, как это поможет тому миру и мне, - сказал Саша.

  Зубастик, запрыгав на месте, быстро заговорил:

  - Физика процесса проста, Сашка, ты заново ассоциируешься с тем своим "Я", воспроизводишь историю снова и разбираешься, в чем там было дело. При взгляде со стороны еще раз, ты поймешь, что пошло не так, и поймешь, как исправить. Все просто!

  - Бредятина какая-то, - фыркнул Саша.

Подробнее...

Он уж было хотел поставить себя в цуг­цванг — безвыходное положение — вопросом — зачем же всё-таки он здесь? — но к оперному подъехал икарус — цугцванг сбился. Учайкин поднялся в автобус, с ним ещё человек пять, не­заметно томившихся у фонтана; икарус двинул­ся полупустым, в сопровождении четырёх поли­цейских машин — город плавно потащил за со­бой в полуобмороке. По перекрытой дороге, по левой полосе: центр позади, вот уже по низам — люди высовывались из деревянных своих до­мов, чтоб глянуть на них. Конечная — экспо­центр, сошли как с трапа — и вперёд — только мордовские ходоки первее, чему, кажется, не были рады. Что делать в экспоцентре — пави­льоны с предметами хвастовства — макетами построенного и картонками сделанного — раз­глядывать.

Подробнее...

Современному любителю живописи имя Антощенко-Оленева мало что говорит, хотя его биографию в телеграфном ключе найти можно, частнос­ти, в Сети. Мне же в начале 90-х годов, когда ненадолго откры­лись всякие закрытые архивы, удалось подержать в руках «ла­герное дело» Валентина Оси­повича, и там было что доба­вить к уже известным фактам его жизни.

Антощенко-Оленев родил­ся на Полтавщине в 1900 году. В автобиографии, имеющейся в «лагерном де­ле», он писал:

«Отец из крес­тьян - в 1905 году уехал в Петербург, на земляные ра­боты. Я с 12 лет работал с отцом на кир­пичном заво­де, погонщи­ком на ваго­нетках, до­ставлявших глину на гли­номялку.

Подробнее...

На занятиях Валентин Осипо­вич почти всегда молчал, его объяснения сводились к тому, что изредка он подходил к кому- нибудь из молодых (чаще дру­гих под «разнос» попадал я), и, постояв немного за спиной сту­дийца, сам садился за его моль­берт «править». Помню, мы ри­совали большое гипсовое ухо. Мягкий прямой свет, всё в неж­нейших полутонах, ничего кон­трастного. Валентин Осипович уселся грузно на моё место. «Ну что вы пишете, дорогой вьюно- ша?» - риторически вопрошал он и начинал размашисто по­правлять не нравящееся ему ме­сто, при этом так портил работу своей пачкотнёй, что потом хоть заново начинай. Мужики только тихо посмеивались.

Подробнее...

Сама того не подозревая, Александра Романовна сыграла некоторую роль и в моей маль­чишеской судьбе, так что «ин­декс моих посягательств» (Аксё­нов) склонился в сторону твор­чества. Вот какой нюанс. Грида­сова, приехав в Магадан, посе­лилась сначала в отдельном до­мике с белёными снаружи сте­нами и номерной маглаговской мебелью внутри по адресу: ул. Горького,6. А мы жили рядом, на той же улице, но в доме № 7. Смешно сказать: «в доме» Это был барак-скворечник с кро­шечными квартирками, без во­ды, отопления, и все удобства на дворе. Соседи быстро узнают всё друг о друге, и до Гридасо­вой дошёл слух, что моя мама делает красивые вышивки. И в один прекрасный день она сама соизволила посетить нас (мои родители были вольными людьми).

Подробнее...

Есть и еще одна социальная проблема: в некотором смысле, сегодня некому писать «Историю будущего», поскольку среди возможных футуристов нет «победи­телей», нет тех, кто считает, что будущие революции вознесут его.

Кто создавал образ будущего в ХХ веке, в эпоху модерна? Если говорить предель­но обобщенно, его создавали городские интеллектуалы. Но именно класс городских интеллектуалов выиграл и численно, и с точки зрения «социальных лифтов» от про­исходящих в XIX-XX вв. трансформаций — от модернизации, индустриализации, ур­банизации и т.д. Разбухание техногенной цивилизации потребовало массовой подго­товки специалистов, технократ стал важнейшей фигурой в госаппарате и бизнесе, наука стала важнейшим источником экономического и военного могущества, влия­ние гуманитариев — писателей, журналистов, идеологов — резко усилилось благода­ря технологиям распространения информации и массовой грамотности. Городские интеллектуалы были настоящими бенефициарами модерна, это был «класс победите­лей». И, по аналогии с известным принципом, согласно которому «историю пишут победители», прогнозы на будущее в ХХ веке также писали победители — причем пи­сали их так, что положение интеллектуалов оставалось непоколебимым.

Подробнее...

не рекомендуется из-за опасности пере­дозировки кофеина), принимает внутрь 4 мкг 4-метилимидазола на килограмм веса, что практически безопасно (если оценивать опасность со стороны именно этого вещества). Даже если человек пьет очень много кофе и запивает его стака­нами карамельсодержащих газировок, главной опасностью для здоровья такого человека останется не 4-метилимидазол, а переизбыток кофеина и сахара.

Другой компонент кофе с дурной репу­тацией, также канцерогенный и тоже про­дукт реакции Майяра — это акриламид (CH2=CH-C(O)NH2). Водорастворимый акриламид образуется при обжарке зерен, но чем сильнее прожарен кофе, тем меньше в нем акриламида. Сорт кофе тоже важен — в одинаковых усло­виях обжарки робуста дает вдвое больше акриламида в сравнении с арабикой. Так или иначе пять чашечек эспрессо из робусты средней обжарки содержат всего 4—7 мкг акриламида, и при таком потреблении опасным будет не акрила­мид, а кофеин.

Подробнее...

Как они работают?

эксперименты in vitro с жировыми клет­ками человека (адипоцитами) показыва­ют, что кофе в два раза повышает усвое­ние ими глюкозы. можно видеть, что на уровне организма это снизит содержание глюкозы в крови. до конца не понятно, какие компоненты кофе отвечают за этот эффект. как утверждает автор много­численных исследований, посвященных различным аспектам влияния кофе на здоровье, и-фан чу, это точно не кофеин. с хлорогеновыми кислотами тоже не все просто — их концентрации в растворах, применяющихся в экспериментах, как правило, не коррелируют с активностью клеток. почему исследователям хочется найти в кофе вещество или вещества, ре­гулирующие усвоение глюкозы, и узнать, взаимодействуют ли они с рецепторами инсулина, — излишне объяснять («Food Chemistry», 2011, 124, 3, 914—920; doi: 10.1016/j.foodchem.2010.07.019).

Подробнее...