2.1 Славка


– Вот это рожа! – расплылся в улыбке белобрысый, едва войдя в комнату. – Это Якут тебя?

«Спортсмен» вёл себя так, будто ничего не было: ни избиения, ни похищения, ни угроз.

Славка промолчал, рассудив, что если блондинчик тут такой же невольник, как и он, то правило «отвечай, когда спрашивают» на него не распространяется. А общаться с этим жизнерадостным придурком у него не было никакого желания. 

– Якут, кто же ещё, – сам себе ответил блондинчик. – Ему только повод дай. 

Вслед за белобрысым, бормоча очередную свою мантру, вошёл Борода. Увидев Славкино опухшее лицо, он замолк, тяжко вздохнул, проковылял к столу и с тихим стоном опустился на табурет.  00

Подробнее...

 

2.3 Славка

Мир катился в бездну.

Ещё живы те, кто помнит кровь, гной, крики отчаянья и слёзы безысходности на лицах своих детей и родителей, жён и мужей, братьев и сестёр, друзей, соседей и совершенно незнакомых людей. Помнят больницы, в которых врачи умирали быстрее своих пациентов. Помнят отряды вооружённых мародёров, нередко состоявшие из бывших полицейских и военных. Помнят пожары, которые некому было тушить, и города, покинутые людьми, потому что зимой без электричества и горячей воды в них было не выжить. Помнят те времена, когда люди жили по календарю, на котором был только один день – сегодня, и по часам, которые показывали только одно время – сейчас. 00

Подробнее...

2.4 Сомов 


– Приехали. Дальше пройдёмся.

Каша выскочил из служебной «Грозы», едва тяжёлая машина остановилась на стоянке владений супругов свет Мулячко. За командиром из броневика вылезли Сомов, маленький пухлый криминалист Яша Рушницкий и долговязый водитель поручик Пётр Скоробогатов.

К ним тут же подбежал похожий на подростка молодой худощавый охранник и вытянулся по стойке «смирно», испуганно тараща голубые глаза. 

– Ты дежурил, когда хозяев твоих убивали? – строгим окриком обозначил своё старшинство Каша.

– Так точно, оспдин-майор! – выдохнул парень. – Я!

– И кто ты после этого?! Телохранитель?! В морге тебе работать надо! Там твои клиенты! Проморгал убийцу, кишка заячья! 00

Подробнее...

 

Её звали Катя Эктова.

В прибрежной зоне Лахтинского Разлива на Катю напал «невидимка». Чудом стало, что 15-летняя школьница выжила, несмотря на многочисленные серьёзные травмы: множественные гематомы и ссадины, разрыв прямой кишки, перелом со смещением нижней челюсти и нескольких рёбер, одно из которых повредило лёгкое. Местные мальчишки, обнаружившие растерзанную девочку, от пережитого ужаса некоторое время не могли внятно говорить. Скорее всего, и насильник был уверен, что его жертва мертва.  00

Подробнее...

Описать можно случившееся днем: в дверь ДОЛГО стучали, Ока­залось — Журналист, и сразу все вспомнилось, ожило, точно как в тот раз, когда у нее случился инсульт: тогда она упала на улице, решила, что умирает, и обрадовалась. Радость — это Очень странно. Выходит, часть меня радуется и благодарит? Вот так новость! Надеюсь, ты не станешь обижаться, что пер­вым делом мне вспомнилось все давнее, до тебя? До того, как ты явился, принц Австрийский, и спас меня. Годы до войны, до Ивара. Я росла девчонкой с расквашенными коленками и пузырящимся в груди смехом. О том времени я тебе не особо много рассказывала. Мы же не могли говорить о моей дерев­не. И сейчас не станем, дружок, день был трудный, писать не­вмоготу. Усну-то вряд ли, я теперь почти не сплю, но хоть по­лежу в кровати, передохну несколько часиков да подумаю, что делать с тем журналистом. Он наверняка вернется, помя­ни мое слово. Приехал в такую даль специально, чтобы со мной поговорить. Ну, об этом я в одиночку умом пораскину. А тебе спокойной ночи, Александр, где б ты ни был...

Подробнее...

Некоторое время я спокойно блаженствовал, смакую необыкновенную легкость расслабленного тела и томную игривость мыслей, пока, сквозь ватную отчужденность, в сознание не проник некий потусторонний зов – и я, сделав невероятное усилие, разлепил веки и обернулся.
- Эй, парень, с тобой все в порядке? – услышал я приятный голос.
- Конечно, - ответил я на автомате, еще не совсем соображая.
- Отлично. Извини, что побеспокоила.

Подробнее...

10

Вечером мы выпили всего бутылку араки, так что утром к девяти часам были уже на ногах. Василий посоветовал побриться и выдал одноразовую бритву. 
- Куда поедем? – спросил он, когда я, приятно омолодившись, зашел на кухню. – В порт или в офис?
- В офис. Там до двенадцати, - сказал я, подсаживаясь к столу. – А потом поедем в порт. Я хочу сегодня все решить.
- Как скажешь. Офис недалеко. Успеем еще. Давай завтракать.

Подробнее...

ИИТЬ в свое удовольствие. Ветер в волосах и “хонда” два пятьдесят на заднем колесе через весь двор — это Микке примчал, пора в путь! Я вытащил из са­рая старый бабушкин прицеп для велосипеда, и мы привяза­ли его к мотоциклу моим новым ремнем. Обмотали крюк па­ру раз, покрепче — мало ли что.

И Микке треснул меня по голове:

— Пра-ально, Юхан.

Или, точнее:

— Дурак, а соображаешь.

Он всегда так говорил, но это ведь не со зла.

И даже брюки мои отутюженные, со стрелкой, и черные ко­жаные штиблеты, смазанные и начищенные для красоты — да­же это Микке не злило. Или что я зимой и летом носил двуборт­ный жилет, который вообще-то смахивал на форму пилота.

Подробнее...

И стала рассказывать дальше, про соседей, и про своего врача, и у нее был такой высокий фальшивый голос, а я слу­шала, слушала и даже вспотела. Я всегда потею. Хоть в душ по­том иди. Пот так и стекал у меня по рукам.      

Наконец она сказала:   тщт!

  • Ну, пока, дружок, увидимся.

Дверь Сиверсенов открывается. Ярко-розовое пятно — это Лина. Выходит из двери спиной вперед и захлопывает ее но­гой. Потом поворачивается и спускается по лестнице, у нее что-то в руках, картонная коробка. У нее плохо получается идти, потому что ботинки сваливаются. Холодильник пере­стает гудеть. Лина наклоняется, ставит коробку на землю, на­тягивает ботинки и снова берет коробку.

Держит ее обеими руками. Ей наверняка холодно, дыхание выходит белым паром, Толстовка почти светится, она быстро переходит дорогу, темные волосы, белое лицо. Поднимается по лестнице и толкает дверь, по полу тянет сквозняком, и я ее больше не вижу.

Надо смотреть, не моргать. Снега еще нет.

Подробнее...

Вера
    
    Всем известно, что человек – существо самоуверенное до глупости. Например, он считает, что именно его неприятности обойдут стороной. Что проживет он дольше всех сверстников..  Правда, зачем – на этот вопрос никто отвечать не хочет. Считается, что жить долго – это  само по себе хорошо. Признаюсь, что я один из тех наивных дураков. Которые самоуверенные. Нет, не в смысле, что верю в прелести долгой жизни.  Просто верю, в свою звезду.  Верю, что без воли Всевышнего «и волос не упадет».  И айфон из руки не выскользнет.   Вообще говоря, я религиозно начитан. Я  в юном возрасте достаточно много слушал проповедей в церкви евангельских христиан-баптистов. Меня туда водил мой батя. Так же как и свою маму, мою бабушку, женщину православную. 00

Подробнее...

ОТ АВТОРА  ИЛИ  ВМЕСТО ПРОЛОГА  

Привет всем!  В особенности, всем брони. Если вы не брони, то вам можно спокойно пропустить этот пролог, в котором будет вестись разговор о множестве непонятных вам вещей, и сразу перейти к первой главе. Даже, может быть, лучше так и сделать. Однако я сразу предупреждаю, что мы заразны и, в конце концов, вы тоже рискуете стать брони. Подумайте, прежде чем читать эту книгу и все последующие предложения этого пролога. Оно вам надо?  Все-таки решили, что да? Ну, что ж! О риске я вас предупредил!   00

Подробнее...

Двор, забор, трава, асфальт.

Снега еще нет.

На мне ночнушка.

Если буду смотреть в окно, вот так стоять и смотреть, она обязательно придет.

Двор, забор, трава, асфальт.

Смотреть, не моргать, хоть мне и холодно.

Черный лучше серого, серый лучше коричневого, а белый цвет — самый лучший.

Холодильник перестал гудеть. Поднимается в свою комнату Лина, ставит кассету, потом останавливает, перематывает, я все слышу.

И только что опять моргнула.

Папа откашливается, он в большой комнате.

— Ну, привет, Котовась.

Подробнее...

Красные сигналы горят россыпью треугольников, где-то пищит сигнал тревоги, ввинчиваясь прямо под черепную коробку, тактический дисплей сошел с ума, идентифицируя цели. Слишком много целей. Пальцы начали дрожать крупной дрожью и пилот стиснул зубы, пытаясь совладать с собой. Главное - контроль, главное, чтобы он сумел нажать на эту кнопку когда придет время. - Тревога! Захват! - пищал тактический компьютер, оповещая, что они находятся прямо в перекрестье прицела десятков ракет. - Пересекающиеся курсы! Опасность столкновения! - трезвонил другой сигнал. - Опасность! Опасность! Опасность! - панель сверкала как фейерверк над стеклянными башнями Прайма, как блестящая витрина игрушечного магазина перед праздниками. 00

Подробнее...

Бум-бум-бум! - что-то прогрохотало, отдаваясь болью в каждом нерве. Прорываясь сквозь липкую и темную паутину Перси слышал, как кто-то стучит прямо по его больной голове, разбивая ее снова и снова.  - О, господи... - простонал он, натягивая одеяло на голову: - Кого там черти принесли?  - Перси, открой. - это был Торнтон. Перси встал, помотал головой, сморщился от боли и поплелся открывать дверь. Кое-как сладив с непослушным крючком, он наконец распахнул дверь и тотчас рухнул обратно в кровать. Тортон ворвался в комнату разъяренным ураганом, первым делом он отдернул шторы и Перси зажмурился, ослепительный дневной свет причинял ему боль. 00

Подробнее...

веть, но парни только ржали и все продолжали раззадо­ривать друг друга. Но потом вдруг один из них говорит: девчонки хотят домой, я их отвезу. Остальные стали возмущаться, но он их не слушал, быстро забрал нас и отвез домой. Думаю, ему непросто было пойти против своей компании, но он совершил такой вот неожидан­ный поступок, что вообще-то совершенно естественно, но в той ситуации это было настоящим добрым делом.

Подробнее...

Назавтра их взвод под литерой 'В' отрабатывал навыки рукопашного боя. Хотя Перси и не похудел, как балерина, что обещал мастер-сержант, но он стал двигаться намного увереннее, в отличие от Йола, для которого рукопашный бой был чем-то вроде пятого измерения. Они отрабатывали приемы, когда произошло событие, на время выдернувшее Перси из привычного графика занятий.     - Какого черта мы этим занимаемся? - пропыхтел курсант Беллоу в очередной раз вставая с мягкого покрытия зала для занятий рукопашным боем. В зале как всегда стоял непрерывный гул от нескольких десятков занимающихся людей.   - Помолчи, увалень. - ответила Надин Берн, командир четвертого отделения из курсантов, славная в общем-то девушка, как считал Перси и Йол его в этом горячо поддерживал. Надин слегка присела и, пружинящей походкой стала сокращать дистанцию для очередного броска: - Это всего лишь упражнения. - она подшагнула под ударную руку Беллоу и ловко вывернув ее выбила резиновый муляж ножа. 00

Подробнее...

 - Новинка, уважаемая леди. - говорил ей продавец, массивный мужчина с бородой и изрядным животом: - не просто танто, но танто для выживания. В рукоять встроен аварийный маячок, упаковка рыболовных крючков, пять метров стропы, плазменная зажигалка и небольшой бластер калибра три и два.   Джун поморщилась и отложила нож в сторону. Ей не нравились слишком универсальные вещи. Нож должен быть ножом. Не больше и не меньше. Если ей понадобится зажигалка или удочка, она возьмет себе зажигалку или удочку.   - Зря отложили танто, уважаемая леди... - сказал продавец: - это самое то для вас, сразу несколько функций и ...   - Вы только испортили хорошее лезвие. - сказала Джун, пожав плечами: - это должен был быть неплохой нож.   - Мы просто добавили туда несколько функций... - запротестовал продавец, но Джун перебила его.  00

Подробнее...

Грохочет выстрел! И в единый миг сдувает с диких снежных пустынь их божественное спокойствие — как простой бумаж­ный обрывок.

Из ружейного дула вырывается огненный сноп.

Взрыв пороха горланит:

СЛУШАЙТЕ ЧЕЛОВЕКА!!

Лиса, жалобно вякнув, подбрасывается в воздух,..

Сьера Бальдур с трудом поднимается на ноги.

Перед глазами, ярко вспыхивая, плавают фиолетовые солнца, в ушах оглушительно звенит. Ноги после долгого ле­жания в снегу затекли, но жизненная влага тут же устреми­лась по телу, как только он задвигался.

Священник ковыляет к камню и смотрит на лису. Все вер­но, там она и лежит — дохлее не бывает. Опустившись на ле­вое колено, он берет ее за пушистый хвост: на вид вроде це­лая — кой-какая ценность в ней есть.

Он встает с колена и запихивает лисицу себе за пазуху.

Подробнее...

Симпатичная, невысокого роста девушка вышла из кабины серого флаера и осмотрелась по сторонам. Высокий бетонный забор, колючая проволока пропущенная поверх забора и торчащие через каждые несколько метров колпаки автоматических лазерных турелей, потускневшие от времени таблички с облупившейся краской, с надписями на нескольких языках - на имперском, на нескольких местных - 'Стой! Запретная зона! Автоматические турели ведут огонь на поражение!'.  00

Подробнее...

Лейтенант Имперских Военно-Космических Сил, интендант Имперского Хранилища и по совместительству старший офицер Его Императорского Величия на планете Дионея-2, Персиваль Дорбан ждал, когда к нему в кабинет зайдут вызванные им амазонки. У него болела голова. Он оторвался от монитора, встал, подошел к окну и сделал несколько движений головой, разминая шею. За окном, на полковом плацу бегали амазонки - в полном боевом, с выкладкой и в шлемах, как положено. Ротный командир, Фарра Аканис после последнего инцидента в городе с особым рвением взялась за воспитание своих подопечных. Перси пригляделся к бегущим, стараясь разглядеть среди них рыжую амазонку с гаусс-винтовкой, ту самую, которая и вывела их из полицейского участка. Однако не увидел ни рыжей воительницы, ни ее маленькой подруги, Дианы Симоновой. 00

Подробнее...

ДИВИТЕЛЬНО, как полярные бурые лисы порой похо­дят на камни. Бывает, приляжет зимой такая чертовка у  какого валуна, и невозможно отличить, где там зверь, а где камень. Да уж, эти куда хитрее, чем белошерстые, что веч­но или тень отбрасывают, или желтеют на белом снегу.

И вот затаилась полярная бурая самка, крепко прижав­шись к своему камешку и давая поземке припорошить себя с подветренной стороны. Она развернулась к ветру задком, свернулась колечком, уткнула нос под бедро и призакрыла глаза так, что между веками едва-едва угадываются зрачки. Та­ким манером наблюдает она за человеком, что не сдвинулся с места с той самой минуты, как улегся под снежным наносом здесь, высоко в горах Аусхеймар, — уже почти восемнадцать часов назад. Его так замело снегом, что теперь он смахивает на простой обломок старых развалин. И зверьку нужно поста­раться не забыть, что человек этот — охотник.

Подробнее...

ведь воздух недвижим, ни ветерка, и уют уж Алида оборачина- ется яркой звездою, что исчезает во тьме, улетает все дальше и дальше, а она слышит голос, открывает глаза и видит Деле Ты спала, говорит он Задремала, кажись, говорит Алида

и видит, что Аеле стоит подле лавки со свечой в руке, и в ее свете Алида видит только его черные глаза, а в этих гла­зах — голос папаши Аслака, когда он пел ей, маленькой девоч­ке, прежде чем сгинул, ушел навсегда

Подробнее...

ИСЛЕ и Алида брели по улицам Бьёргвина, Асле нес на плече два узла со всеми их пожитками, а в руке — футляр со скрипкой, что досталась ему в наследство от от­ца, от Сигвалда, Алида несла две сетки с провизией, уже несколько часов бродили они по Бьёргвину, искали приста­нище, однако нигде устроиться не могли, всюду слышали од­но и то же; нет, мы, к сожалению, ничего не сдаем, так им го­ворили, нет, все, что было, уже сдано, вот и продолжали Асле с Алидой ходить по улицам, стучать в двери и спрашивать,

Подробнее...

V глава

Прошло два дня, как Женя уехала. Я почти сразу перебралась в общину и теперь делила небольшую комнату в мансарде с Альбиной. По словам моих друзей, находиться на базе мне было небезопасно. Не знаю, насколько серьезно отнеслись они к словам старушки, но со мной об этом пока старались не говорить. Я же эти два дня провела в небольшой березовой роще недалеко от дома. Чувствовала себя физически и эмоционально истощенной, а внутри шла постоянная борьба. С одной стороны, мне очень хотелось помочь этим светлым людям. Мне было очень жаль Артура. С другой, я же обычная девушка. 00

Подробнее...

III глава

По-видимому, он донес меня на руках. Вещи были аккуратно сложены на тумбочке, обувь у двери. Сама я никогда бы их туда не поставила. Я чувствовала ноющую боль в мышцах, будто вчера мне довелось пройти пару десятков километров. Женина кровать была пуста. Приподнявшись в кровати, я увидела белую макушку в окне кафе. Интересно, а где Данил? Я вспомнила встреченное вчера чудище, и мне стало не по себе. Сколько их таких бродит по лесам? Но когда в моей голове всплыл образ белокурого красавца, по спине пробежал настоящий холод. Прежде мне казалось, что я попала в волшебную сказку. Но теперь я увидела, что сказка живет по своим законам и в ней находят себе место не самые приятные персонажи. Я должна была немедленно обо всем узнать. Что это была за поляна? Что за непонятные силы заставили меня разъярится и даже напугать чудовище? С самого детства я всегда больше всего боялась историй, связанных с экзорцизмом... Я должна была немедленно поговорить с Данилом. Еще пару мгновений я лежала, разглядывая потолок, но потом быстро (не без стона) села в кровати. В этот момент у меня округлились глаза. Я вспомнила, что вчера познакомилась с настоящим драконом. 00

Подробнее...

  1. Больной ребенок. 1885—86. Волосы склоненной над ребенком матери, нежность в жалеющем, сочувственном взгляде ребенка, рыжина волос девочки, слабая, как бы выцветшая, рука, резкая зелень пледа, наслоения краски на холсте, древесная сморщенность холста, красноватая тумбочка, на которой стоит бутылочка с микстурой, стакан с водой, крао ные отсветы воды, склоненная го­лова матери, белое возле ребенка, зеленое, темное, фиолетовое возле матери, пунктуация картины, иероглифы цвета.

    Подробнее...

Перевод с ошлийского Светланы Силаковой

Череда инстинктивных догадок, тысячи мельчайших коррек­тив, сотни черновиков... Как протекает процесс, в результате которого писатель переносит свой замысел на бумагу?

1

Много лет назад, во время одной нашей поездки в Вашингтон, кузина моей жены указала нам усыпальницу на холме и упомянула, что в 1860 году, когда Линкольн был президен­том, и этой усыпальнице был временно погребен его люби­мый сын Уилли, а Линкольн, удрученный горем, “несколько раз” (как утверждали тогда газеты) приходил туда, чтобы по­держать на руках своего мертвого мальчика. И в моем созна­нии спонтанно возник образ— сочетание мемориала Лин­кольна[1] с Пьетой. Более двадцати лет я носил этот образ в себе — но и только, опасаясь подступиться к настолько глубо I кому, как мне казалось, замыслу; а в 2012-м году все-таки, сооб­разив, что время бежит, подумал, не желаю, чтобы на моем надгробии значилось: “Побоялся взяться за дерзкий литера­турный проект, который отчаянно хотел осуществить”; по пробую что-то сделать исключительно ради эксперимента, ни к чему себя не обязывая. Из пробы пера получился мой ро­ман “Линкольн в бардо”, и теперь я попал в типичный для пи­сателей переплет — пытаюсь рассказать о своем производст­венном процессе так, словно и впрямь держу его под контролем.

Подробнее...

I

18 июня 2004 бундестаг при­нял закон о безопасности воз­душного сообщения. Извлекая урок из событий 11 сентября 2001 года, этот закон дает бун­десверу право сбивать пассат жирский самолет, если суще­ствует опасность, что он захва­чен террористами, которые
намереваются нацелить его, скажем, на небоскреб, химиче­ский завод или атомную элек­тростанцию. Федеральный президент долго проводил юридическую экспертизу, мед­лил с подписанием и обнаро* дованием закона. Но янва­ря spog года он все же сделал это, хотя и высказав немалые сомнения.

Подробнее...

 

Современность

прошлого

1

В первой декаде нового века моему поколению исполнится шестьдесят. Мы родились в последние годы войны или в первые послевоенные годы. Мы вкусили благополучие пя­тидесятых, пресытились им и взбунтовались. В шестидеся­тые годы мы политизирова­лись, в семидесятых начали свою трудовую и профессио­нальную жизнь, в восьмидеся­тых сделали себе карьеру, а на­чиная с девяностых заняли влиятельные позиции в поли­тике, правительстве, экономи­ке, образовании и средствах массовой информации. Еще несколько лет и наша звезда пойдет на закат.

Подробнее...

Эссекохаусе, разумеется, не происходило, как не было, кета* ти, и многочисленных жертв среди горожан .

Советские ратлендианцы первых послереволюционных лет могли позволять себе любые завихрения, чему, в извест* ной степени, способствовал статус их лидеров — наркома просвещения А. В. Луначарского и директора Института язы­ка и литературы В. М. Фриче.

Подробнее...

Я продолжила листать папку и наткнулась на текст пророчества, изобилующего фразами вроде: "умный и бесстрашный" и "спаситель всего рода людского". Я ухмыльнулась. Если бы судьба всего человечества действительно оказалась в моих руках, всем давно была бы крышка. В этот момент, я увидела, что мимо окна проплыла знакомая макушка. Внутри меня сразу же активизировалась куча бабочек. Попытавшись не думать о том, к чему может привести безответная любовь, я встала и вернула бумаги владельцу. Вежливо поблагодарила за интересную беседу и устремилась за Данилом. 00

Подробнее...

IV глава

На следующее утро я проснулась непривычно поздно - в десять часов. Тем не менее, торопиться было некуда, поэтому я спокойно отправилась в ванную, оставив Женьку досыпать в тишине. Но только я вышла из душа с тюрбаном из полотенца на голове, как в дверь раздался стук. Я поспешно натянула халат и высунула лицо в приоткрытую дверь. Олег, собственной персоной вежливо улыбаясь, поинтересовался, когда же мы спустимся. Мои глаза округлились и я с размаху хлопнула себя по лбу. Мы проспали поездку!  00

Подробнее...

Пожалуй, есть и одна угасшая антистратфордианская тра­диция — проведение спиритических сеансов с целью опроса духов умерших елизаветинцев.

Знайте, уважаемый читатель, эта метода нашла свое вопло­щение в изданной в 1947 году книге Перси Аллена “Беседы с елизаветинцами, раскрывающие тайну ‘Уильяма Шекспира’”!

Книга, по признанию ее автора, — “попытка раз и навсе­гда, посредством прямого контакта с духами трех елизаветин­цев — Бэкона, Шекспира и графа Оксфорда, прояснить тайну авторства”.

Подробнее...

I часть

I глава

Не могу поверить, что согласилась. По роду деятельности мне приходится делать абсурдные вещи, но это уже перебор. И без того мои будни частенько напоминают сводку показаний местной психиатрической клиники. Например, вы бы поехали на окраину города, чтобы взять интервью у старушки, в огород которой каждую пятницу спускается НЛО? А я не могу отказаться. Квартальная премия на носу, а ссориться с Вадимом к концу месяца плохая примета. Или вдруг возникает необходимость ехать к местному озеру, так как рыбаки видели там русалок. Тогда приходится до окоченения дежурить с фотоаппаратом на полусгнившем причале.  00

Подробнее...

Глава первая

Ангел, низвергнутый с Небес

  
   До чего же странно иногда складывается жизнь ангела на наших благословенных Небесах. Ещё вчера ты был успешный, преуспевающий, всем довольный молодой ангел, уверенный в своём безоблачном будущем, а сегодня всеми презираемый изгой - проклятый ангел. То есть, фактически уже даже и не ангел. Когда сильные, жесткие и цепкие руки ангелов-охранников вытащили меня из тесного, холодного каменного мешка, в котором я только и мог, что стоять, стуча зубами от холода и страха. Ещё у меня поплыли круги перед глазами от яркого света, бившего мне в лицо так сильно, что снова ничего не было видно. Вот такой он, ангельский суд чести. Чей-то громкий незнакомый голос бесстрастно зачитал короткое обвинение. Боже, какая глупость! Где я, простой ангел-работяга, и где подрывание основ? Пару минут стояла гробовая тишина, и уже другой голос гневно прогрохотал где-то впереди, сверху: 00

Подробнее...

Иногда в такие дни кто-то вдруг начинал ма­хать руками, собирал всех вокруг себя, объяс­нял им что-то и за одно занятие делали этюд, да такой, что Марат, приходя, удивлялся самосто­ятельности и кажущейся ему самобытности то­го, что видел. Обычно этюды ему старались не показывать, но только через него они попадали на сцену, так что просмотра было не избежать.

Волосы его светлы, длинны и всклокочены, туфли грязны и грустны, когда он забывает их в раздевалке, но не поэтому, совсем не поэтому мы его — не любим. 00

Подробнее...

КАКОЙ отдых для души время от времени позволить се­бе приятие действительности! “На помощь! Слова меня съели” — жалоба писателя, всегда считавшего себя рабом, а не хозяином слов. Их подчиненным, а не распорядителем. Но, по правде говоря, разве не испытывают подобное же чув­ство и многие другие авторы, просто у них не хватает смело­сти в этом признаться? Конечно, приятнее воображать себя свободным графоманом, нежели закабаленным писакой!

Подробнее...

Глава вторая

Ещё один день, начавшийся с неприятностей

       Кажется, Судьба была ко мне благосклонна. Едва только я лёг на траву, как мгновенно уснул и проспал пять часов до половины одиннадцатого утра без каких-либо мучительных сновидений. Моё пробуждение оказалось настолько гнусным, что лучше бы мне приснилось то утро, когда меня стащили за ноги с кровати и стали пинками поднимать с пола. Увы, но меня опять разбудил громкий, издевательский смех и громкие, гортанные голоса, которыми какие-то типы обсуждали мой внешний вид. Какой-то болван, считавший себя очень остроумным, крикнул:   - Нет, Казбек, это не заблудившийся кефирник. Это даже не мужчина, это женщина. Может быть, отходим её?  00

Подробнее...

Еще одним крупным переводчиком был Иван Бунин, но он выступал против чрезмерной русификации иностранного тек­ст, против так сказать аннексий и колонизации. Бунин решил взяться за “Песнь о Гайавате”, индейскую эпическую поэму г - Лонгфелло. Для этого перевода он позаимствовал строфику и ^ J размер знаменитого текста карельских (финских) эпических песен “Калевала”, переведенных на русский в 1888 году Леони­дом Бельским. Таким образом Бунин участвовал в создании корпуса “гомеровских” текстов, как античных, так и современ­ных, сформировавших русскую культуру. Корпус открывается переводом из “Илиады”, выполненным малоросским поэтом Гнедичем, посвятившим этой работе с десяток лет, изменив­шим по ходу дела размер собственного перевода и переписав­шим заново шесть первых песен.

Подробнее...

Быть ангелом на Земле, это круто

     Вот уже целую неделю я бомжую в курортном парке Кисловодска и мне это осточертело. Правда, определённую пользу это мне всё же принесло. Во-первых, я уже достаточно неплохо освоился на Земле и во мне можно было заподозрить кого угодно, но только не чужака и, тем более, ангела, то есть того же инопланетянина. При этом я был странным бомжом - всегда чистым, расчёсанным и гладко выбритым. 00

Подробнее...

В “Путешествии на край ночи” Селин изображал начало своей медицинской карьеры в более кротких выражениях: “Больных хватало, но лишь немногие могли и хотели пла­тить. Медицина — дело неблагодарное. Если добился уваже­ния у богатых, ты похож на холуя; если у бедняков — смахива­ешь на вора. Гонорар! Тоже мне словечко! У пациентов не хватает на жратву и кино, а тут я вытягиваю их гроши на го­норар! Да еще когда они чуть ли не загибаются. Неудобно. Вот и отпускаешь их так. Тебя считают добрым, а ты идешь ко дну”. “Гонорар!.. Пусть мои коллеги продолжают прибе­гать к такому красивому слову. Им-то не противно! Они нахо­дят его вполне естественным и само собой разумеющимся. Мне же было стыдно употреблять его, а как без него обой­дешься? Знаю, объяснить можно все. Тем не менее тот, кто принимает сто су от бедняка или негодяя, сам изрядная дрянь. Именно с тех пор для меня стало несомненно, что я та­кая же дрянь, как любой другой”.

Подробнее...

Обычно мы пьем бордоское вино, хотя я предпочитаю ме­стный напиток из прожаренного зерна под названием “квас”, который есть в каждой избе. Он лучше пива — не горький и легкий. Обилие льда для охлаждения напитков делает их осо­бенно приятными в жару. Самый бедный здешний крестья­нин питается лучше многих парижских буржуа. Аким продол­жает верно служить мне: он главный распорядитель нашего дома и командует двумя посыльными, одним конюхом и па­рой кучеров, а также пятью-шестью временными работника­ми — мойщиками полов, дворниками, прачками и т. д.      Он держит себя с ними очень важно.    

Подробнее...

У крепостных стен Антиба он быстро превращается в ди­каря, выходит из дома полуголым, катается на велосипеде, упивается красками и ароматами провансальского рынка, ку­пается среди скал, коллекционирует насекомых, в изобилии водящихся в лесах Капа, где царят безлюдье, тишина и покой, приобщается к южной кухне с ее буйабесом и чесночными са­латами, и каждый вечер боязливо вопрошает Банин, будет ли завтра солнечная погода.

Подробнее...

Симона Вейль (1909-1943) бы­ла парижанкой, дочерью со­стоятельных родителей, фран­цузской еврейкой, философом, преподавателем, внепартий­ной участницей политической и профсоюзной борьбы 1930-х годов, искавшей свой путь меж­ду марксизмом и анархо-синди­кализмом, агностиком, мисти­ком, христианкой вне церкви. Легенда гласит, что она умерла оттого, что стала потреблять столько пищи, сколько узники концлагерей, и при этом очень много работала. Факты свиде­тельствуют, что в 1930-е годы она пошла рабочей на завод, чтобы прочувствовать механи­ку и воздействие неквалифици­рованного труда, и не раз от­правлялась на сбор винограда вместе с обычными крестьяна­ми, чтобы понять также и сущ­ность труда сельского.

Подробнее...