Давайте разберемся-почему Мертвое и Красное моря являются самыми солеными. На 2/3 поверхности Земного шара раскинулся Мировой океан. Основным его составом является морская вода, а она, как известно, является самым известным веществом на земной поверхности. от пресно воды ее отличает удельный вес, цвет, горько-соленый вкус и прозрачность, а также она имеет более агрессивное взаимодействие со строительными материалами. причина заключается в ее содержании- она включает в себя 50 разных компонентов.

Подробнее...

С чего бы начать мой рассказ о данном тяжелом ремесле. Итак с самого раннего детства я любил кур, у меня была тяга к тому, что бы их выводить. Одно из моих заветных желаний было стать членом общества по этому делу. Когда я был юным, вывод кур очень сильно меня интересовал. Если скажу, что очень преуспел в этом деле, то это будет чистейшая правда. В свои семнадцать я знал огромное количество способов по выведению кур в кратчайшие сроки и с минимальными расходами. Вы знали, что курицу можно вывести с курятника зажигая фосфорные спички у них под клювом? А снять их с плетня можно подсунув под лапки теплую доску в морозную ночь. И со всей ответственностью могу вас заверить, что к двадцати годам, я вывел больше кур, чем любой куровод в нашей округе, да что там в округе. У меня даже есть подозрение, что куры сами начали признавать во мне талант. Как только они меня видели, весь молодняк прекращал все свои дела, они напрочь забывали о червях и прочем корме, а старые петухи, вместо кукарекать "начинали молится".

Подробнее...

Рассказ «Душенька» был написан Антоном Павловичем Чеховым в 1899 году. В этом произведении мы можем познакомиться с одной очень интересной личностью Оленькой Племянниковой. Женщина влюбчивая, она каждый раз живет жизнью другого человека, повторяя его мысли, слова, выражения. Именно за это качество ее называют Душечкой. 
Ее первым мужем стал театральный предприниматель Кукин. Она сопереживает ему, помогает вести дела. Самой важной вещью становится для нее театр. Она всем подряд начинает твердить, что именно благодаря театру человечество становится культурным и гуманным. Она помогала Кукину следить за актерами, ходила в редакции, если о спектакле выпускалась отрицательная рецензия. Известие о смерти любимого мужа стало для Оленьки настоящей трагедией.

Подробнее...

Рассказы Зощенко читаются легко и с удовольствием. И, несмотря на то, что уже давно другая эпоха, его повествования всегда актуальны. Зощенко с мягкой иронией и искрометным чувством юмора описывает быт 20-х годов прошлого века. Высмеивает обывательщину, бескультурье, просто смешно описывает житейские ситуации.

Подробнее...

Собака охраняла хозяйку от надоедливых прохожих, с явным недружелюбием рыча на них. Те же любовались внешностью пуделя и пытались узнать кличку. А звали ее Виктория, и порода у нее действительно была королевская. Умная телохранительница отгоняла нежелательных мужчин с их нудными комплиментами. Хотя героиня была свободна, но такие знакомства ее совсем не привлекали. Виктория это чувствовала и охраняла свою хозяйку.

Подробнее...

Подруги и не понимали, что брак не является 100 % гарантией для счастья. После наших посиделок в кафе мое настроение испортилось. А хорошо так все начиналось! Света торжественно нам объявила, что подали с Валентинов заявление и скоро свадьба. Естественно мы стали поздравлять ее.

Подробнее...

Всё, что у нее было - один доллар восемьдесят семь центов. Шестьдесят центов были монетками в один цент. От необходимости торговаться с каждым лавочником за цент горели уши, чрезмерная рачительность вызывала немое порицание. Перепроверив три раза, Делла убедилась: один доллар восемьдесят семь центов. А ведь сегодня канун рождества.

Подробнее...

Виктория заглядывала каждый день в почтовый ящик, и она была полностью уверена, что возможно сегодня, получит письмо.

Письмо уже пришло. Виктория, когда его вынимала, не могла свои ощущения описать. Она почувствовала сразу, как тряслись руки под тяжестью этого конверта, сердце рысью пустилось, потом по ее вискам бежали слезы.

Письмо было ее воспоминанием о лете. Она даже боялась открывать его. Люди сейчас не пишут друг другу письма, но здесь было совсем другое.

Подробнее...

Внимание всадника привлекли черные точки, двигающиеся на светлом небе, замутненном полосами дымки. Медленно кружа, птицы описывали круги, затем круто падали вниз и опять поднимались в небо, забив крыльями. За птичьим облаком мужчина наблюдал довольно долго, прикидывая расстояние до них и примерное время, нужное для прохождения, с поправками на густой лес, рельеф окрестностей, глубину оврага, который ожидался на пути. Подумав, он на три отверстия укоротил ремень, пересекающий грудь. Из-за плеча путника выглядывали рукоять и эфес меча.

Подробнее...

Хотелось добраться быстрее, и пунктом назначения была банька. Он кое - как стоял на ногах, сделал несколько передышек, каждый раз оглядываясь, но банька, как назло, все виделась вдалеке, отдаляясь в ночь. Прошло около тридцати минут, прежде чем мгла поглотила ее бесповоротно. Вокруг было поле, ветер и снег, - лейтенант осознал, что он уже прошел середину пути, возвратиться теперь он вряд ли смог бы - силы были на исходе. Он не оборачивался, сзади быть ничего не могло - все могло быть только впереди. 
Потом он раза два шлепнулся, не устояв на ногах, вставал не сразу, отдохнув на снегу, ожидая пока уйдет боль ноющей раны. В следующий раз ему вообще не повезло - упал неудачно, на спину. Болевой шок был глубок и он на непродолжительное время потерял сознание. Затем он очнулся и долго лежа на снегу, ощущал под собой рельеф гранаты, прикрепленной сзади. Все же он нашел в себе силы подняться, сесть и шатаясь, встать на ноги. Начальные шаги были самые непреодолимые.

Подробнее...

Про людей, которые не уживаются друг с другом и не могут найти общий язык говорят: «Живут как кошка с собакой». А вот интересно, правдиво ли это высказывание? Если да, то как на протяжении стольких лет эти два любимца человечества уживаются вместе? Если вы не можете определиться насчет того, кого приобрести (кошку или собаку), то эти советы для вас. Ведь как ни странно всю жизнь воюющие животные могут жить не так, чтобы уж как закадычные друзья, но вполне мирно сосуществовать.

Подробнее...

Фрукты для вас – лакомство, которое не портит фигуру и повышает настроение. А малышу они необходимы для улучшения пищеварительной системы. Ведь первая густая пища для него – это фруктовое пюре. Раньше вы его кормили только жиденькой пищей: грудное молоко (адаптированная смесь) и сок. Прием фруктов для малышей очень важен. Они готовят желудок и кишечник к овощным пюре и кашкам. Кроха привыкает к пищи, которую сложнее глотать. Но спешить накормить ребенка нежным блюдом, не стоит. Для начала покормите недели две соком, потом можно вводить пюре. Малышам, которые пили мамино молочко, обычно дают пюре в пять месяцев, а малышам - искусственникам – в 4,5. К этому времени организм готов принять новые компоненты.

Подробнее...

Рассказ

Перевод и вступление Ирины Дмоховской

Жан-Кристоф Рюфен (р. 1952), автор многочисленных романов и эссе, — человек необычной судьбы. Врач по профессии, он в молодости вступил в организацию "Врачи без границ" и побывал с гуманитарными миссиями во многих горячих точках планеты (Афганистан, Руанда, страны бывшей Юго­славии и другие). Рюфен окончил Институт политических исследований (Париж), был президентом организации "Борьба против голода", админи­стратором французского Красного Креста, дипломатом (французский кон­сул в Ресифе (Бразилия), посол в Дакаре (Сенегал)). В 2008 году его из­брали во Французскую академию.

Подробнее...

В 1968 году в литературном мире Франции все оставалось неиз­менным, таким же, как в 1930-е годы. Большинство критиков дебютировали еще до начала войны, достаточно было од­ной-двух статей, чтобы привлечь внимание к новому имени в литературе.

Подробнее...

Начиная с 1949 года я руководил литературным отделом изда­тельства “Галлимар”: именно я стоял во главе комитета по от­бору, чтению произведений, раздаче рукописей, благодаря чему и познакомился со многими писателями, в том числе и с Патриком Модиано.

Подробнее...

Марек. Всякий, кто дал бы себе труд узнать, как устроена жизнь в гетто, скажет вам то же самое. Не мог ребенок свободно передвигаться по гетто, да еще что-то там измеряя. Такое разве что ангелу с крыльями под силу. Поймите, гетто — не город, это застенок, тюрьма. Ребе­нок здесь изначально обречен.

Подробнее...

К моменту приезда главврача, около девяти утра, стало яс­но, что престарелая сестра Мэри Альфонсус, по всей вероят­ности, не впала в кому, а умерла. Полоска полупрозрачного материала была размотана и небрежно брошена на пол медсестрой, которая подоспела к постели первой.

Подробнее...

Шау Зыонг продолжал вступать в схватки со стаями реч­ных усачей. Однажды ему в сеть попалась огромная-преог- ромная рыбища, она отчаянно билась под водой, пытаясь вырваты и из ловушки. Нывший актер iyr же прыгнул и реку, И не дне началась настоящее битва, отчего все вокруг забурли­ло. Нс коре всплыла содранная с рыбы чешуя, а вода от крови окрасилась в алый цвет. Закончилось это противостояние та­кой картиной: Шау Зыоцг вынырнул из воды, в одной руке держит разодранную сеть, а другой рукой вытирает кровь на исцарапанном лице. Исход схватки он объяснил следующим образом:

Подробнее...

Исписав очередной лист, Павел Антонович откинулся на спинку добротного кожаного кресла. С удовольствием потянулся всем телом и обвел взглядом дубовую мебель, изготовленную на старинный манер. Затем вышел из-за стола. Минуту другую понаблюдал за работой пожилого садовника, после чего решил продолжить прерванное занятие. Неожиданно его взгляд уловил нерешительное шевеление какого-то странного силуэта  у самой двери. 100-90

Подробнее...

Если у девушки самым запоминающимся днём был первый выход в свет, то для Чендлера такой день наступает раз в десять недель. В этот день он снимал свой плохенький костюм, одевал единственный парадный, приобретённый для таких прогулок. И ощущал себя настоящим богатеньким бездельником. Все остальные шестьдесят девять дней Тауэрс Чендлер трудился помощником архитектора. И вся его жизнь сводилась к одному дню, в который он позволял себе быть расточительным и курить дорогие сигары. 90

Подробнее...

Возле окошка согнувшись и опустив низко голову над шитьем сидела худощавая и бледная девушка лет двадцати пяти. Это была Анюта, сожительница Степана Клочкова. Она была занята вышиванием красными нитками воротника мужской рубашки. Работа была спешная.

Часы в коридоре громко пробили два часа пополудни. И тем не менее в комнате был беспорядок - таз с грязной мыльной водой и плававшими в ней окурками, мусор кругом, скомканная постель, разбросанные вещи, грязная посуда. Казалось, что жильцов это особо не беспокоило. 90

Подробнее...

  - Саня! - вскрикнул Жирный, завидев Худого. - Сколько лет, твою дивизию?

     - Пашка, сколько зим! - изумлённо вытаращился Худой. - Да откуда же ты тут взялся?

     Давно не видевшие друг друга старинные приятели, принялись жарко, почти остервенело, обниматься.

      - Пашка! - продолжил радоваться встрече Худой. - Вот сюрприз-то! Какой ты красавец, право! Почти и не постарел. Ну как живёшь? Женат? Бизнесом никаким не обзавёлся, как когда-то мечтал? А я женат... На Луизе. Вот она. А вот сынок мой, Лёвушка. В смысле Львом его звать.

Подробнее...

В этом очерке мне хотелось бы поделиться с читателем размыш­лениями, которые вызывает книга Павла Павловича Муратова ’’Образы Италии”. Начиная писать, я ощущаю серьезные затруд­нения, поскольку не нахожу в себе беспристрастности ни к тек­сту, ни к его главному “герою”. Критический разбор или оценка не являются моей целью, но я не могу умолчать о достоинствах этого шедевра среди произведений подобного рода. Кроме того, я не в силах побороть искушение бесконечно цитировать авто­ра, стиль которого — образец художественной прозы.

Подробнее...

Ну и одышка у тебя, пожурил он сам себя. Тропинка круто взбиралась

вверх по направлению к уступам, видневшимся за тенями огромных магнолий. Он сел на скамейку, достал из кармана блокнот и стал записывать названия мест, откуда происходи ли окружавшие его растения: Азорские острова, Канары, Бразилия, Ангола. Карандашом набросал несколько листьев и цветков, а на центральном развороте блокнота зарисовал цветок дерева со странным названием. Это был могучий великан с вытянутыми ланцетовидными листьями и огромными на­бухшими цветами в форме початков, напоминающих скорее плоды. Возраст гиганта, произраставшего на Канарах и Азорах, впечатлял, он высчитал, что во времена Парижской ком­муны тот был уже взрослым деревом.

Подробнее...

Такси остановилось перед калиткой из кованой стали, выкрашенной в зеленый цвет. Ботанический сад, ска­зал водитель. Он заплатил и вышел из машины. Вы не знаете, откуда можно увидеть особняк двадцатых годов? — спросил он водителя.

Подробнее...

 

ПРОСИЛА его о времени, когда мы были еще такие молодые, наивные, запальчивые, глупые, неготовые. Кое-что, кроме молодости, осталось — ответил.

Старый профессор прервался, он выглядел печальным, по­спешно вытер замершую на ресницах слезу, легонько стукнул себя по лбу, словно говоря “простите, какой же я дурак”, чуть ослабил бабочку поразительно насыщенного оранжевого цве­та и произнес по-французски с отчетливым немецким акцен­том: извините меня, пожалуйста, извините, стихотворение на­зывается “Старый профессор”, его написала великая польская поэтесса Вислава Шимборская, после чего указал на себя, должно быть, признавая, что герой стихотворения в чем-то похож на него, выпил еще одну рюмку кальвадоса — большему, чем стихотворение, виновнику его сентиментальности, — сдавленно всхлипнул, и тогда все вскочили и принялись его утешать: Вольфганг, не надо, продолжай, старый профессор высморкался в большой клетчатый платок. “Спросила его о фотографии, — продолжил он громовым голосом, — в рамке на письменном столе. Были, сплыли. Брат, кузен, жена брата, жена, дочка на коленях жены, кот на руках у дочки и цветущая черешня, а над черешней неопознанная летающая птичка —

  1. ответил”.

    Подробнее...

  • Какие невероятные формы, — сказала я, поглаживая ко­лючий отросток. — Словно плюмажи на шлемах. Словно леги­он римлян, марширующих мимо нас[1].
  • Не надо! — со смехом воскликнул Гордон. — А то я сей­час разойдусь! Я люблю кости.

Я задержала взгляд на скелете — и начала понимать, что, если подойти к нему поближе, появляется какой-то запах. Те­плый и едва уловимый, отнюдь не отталкивающий, он словно бы просачивался сквозь кости, как будто то, что их почисти­ли, освободило его из долгого заточения. Это был запах че­го-то такого, чего-то, что напоминало мне о далеком про­шлом, о первых днях в начальной школе. Позвонки на ощупь были шероховатыми, не совсем холодными и как будто сде­ланными из воска.

Подробнее...

Видимо, немногие достаточно хорошо разбираются в китовых скелетах, чтобы иметь желание о них говорить, поскольку толь­ко два экскурсовода согласились отвлечься от своих дел и пооб­щаться со мной. Пли, может быть, у остальных были опасения, что придется иметь дело с кем-то оскорбленным или даже при­веденным в ярость существованием Китового зала как таково­го. Так или иначе, мне навстречу вышел юноша по имени Терье Лислеванд, орнитолог, стройный и сильный, какими выглядят почти все молодые норвежцы. Дама, которую он сопровождал, была старше его, — это была миниатюрная, темноволосая Анни Карин Хафтхаммер, руководитель отделения остеологии. Это был, можно сказать, ^Китовый зал. И она была остеологом да­же в большей степени, чем вы можете себе вообразить.

Подробнее...

ШЕРГЕНСКИИ Музей естественной истории расположен на вершине холма, прямо над университетом, и поэтому из его величественных арочных окон открывается вид практически на весь старый город. И наоборот: окна музея видны почти отовсюду. Крутые улицы сбегают прямо к приста­ням и рыбному рынку. Это здание середины XIX века, постро­енное в классическом стиле и окруженное полурегулярными садами. Фасад его выкрашен в неяркий желтый цвет, рамы на окнах — серые. Оно почти не изменилось ни внутри, ни снару­жи с самого 1865 года — года своего открытия.

Подробнее...

Это были столбцы из слов и

 

цифр, » которых он поначалу не разобрался, но постепенно уяснил, что они представляют собой нечто вроде трехмерного листа «формате Excel всего ему хотелось бежать, но он был не н состоянии сдвинуться с места и зафиксировал взгляд на тексте, расположенном ближе всего ко входу. Справа, начи­ная с потолка и до самого пола, шли колонкой заголовки.

Подробнее...

Бернт Бирман попятим но имел. С чего бы эго она пожела­ла ему удачи, это он должен был желать удачи ей, что он фак­тически уже несколько раз проделал раньше по телефону и что собирался сделать и сейчас, но она его, таким образом, опередила.

Он высвободился из ее объятий и двинулся по широкой рампе к распахнутым дверям, но, перед тем как войти в них, ус­пел еще раз подивиться необычному виду амбара, который она сумела отыскать в самом дальнем закоулке этого прибрежного поселения.

Подробнее...

В конце концов Бернт с отцом переехали в Тверланд. Официальная версия гласила, что отцу необходимо найти ра­боту, но Бернт Бирман догадывался, что тот хочет увезти его подальше от девчонки-хиппи. Сначала-то он думал, что отец не замечает происходящего между ним и девочкой. Отец ни­чего не говорил, и у Бернта Бирмана не возникало никаких подозрений, что отец обращает на них внимание; но однаж­ды отец подсел к кухонному столу , за которым Бернт делат домашнее задание по математике, и посмотрел Бернту в гла­за Бернт спросил, в чем дело, но на это отец ответить не за­хотел. Просто сидел и смотрел на него, не отводя взгляда.

Подробнее...

Бернт Бирман рассказал, как однажды он пришел домой из школы, а было ему тогда семь лет, и увидел, что мать сидит на лестнице, а вокруг нее стоят все их чемоданы, которые обычно хранились на чердаке. Она обняла его и не отпускала так долго, что он вспотел и в конце концов вырвался. Он не спросил, куда она собралась, потому что проголодался и хо­тел посмотреть телевизор. Через несколько часов вернулся отец, он слишком засиделся за кухонным столом, и Бернт по­нял, что жизнь изменилась и мать не вернется.

Подробнее...

Свой маленький черный “опель-корсу” он оставил на Стоянке в двух шагах от входи. Было темно, холод­но и сыро, п Бернт Бирман уже открыл рот, чтобы предло­жить ей подождать в вале прибытия, пока он сходит за маши­ной, как она воскликнула:

За нас, — сказала Пернилла Дальгрен.— Да это же настоящая глухомань! — Обвив руками шею Бернта Бирмана, она влепила ему поцелуй прямо в губы, и этот поцелуй развеял его беспокойство и вселил в него уве­ренность, что все идет путем, Им не потребовалось и получа­са, чтобы доехать до Тверданда; по пути он рассказывал ей о местах, которыми они ехали, и кое-что показывал из окна. Наконец они свернули к скромному дому № 6, в свое время построенному на улице Шюрвейен в рамках государственной жилищной программы, и припарковались у входа.

Подробнее...

Немало времени ушло у Бернта Бирмана на выработку стра­тегии, которая позволила бы ему справляться с этим голосом. Долгое время он надеялся, что если делать вид, будто никако­го голоса нет, голос действительно исчезнет, но этого не слу­чилось. Самым эффективным оказалось просто пережидать. Если ему удавалось какое-то время выдерживать испытание го­лосом, по возможности не реагируя на него и не придавая ему большого значения, тот затухал сам по себе. Вот и теперь Бернт продолжил выступление, но ему пришлось взять не­сколько пауз, поскольку его мучитель не унимался до конца. За­ключительную часть доклада Бернт посвятил школьнику-Сааму, заворожившему учеников своей салтетраумской школы волшебной игрой на мандалине. В завершение мальчик, перебиравший струны с улыбкой на лице, был показан в коротком сюжете на Ютюбе.

Подробнее...

КОГДА утром в понедельник Пернилла Дальгрен за зав­траком объявила, что собирается устроить выставку, в голове у Бернта Бирмана, на несколько сантиметров вглубь, если считать от глаз, мгновенно образовался хаос. Он два года ждал, когда же она расскажет, над чем она изо дня в день трудится в гараже. Но сейчас он как раз читал статью, в которой речь шла об одном его знакомом, оказавшемся замешанным в де­ло о налоговых махинациях;

Подробнее...

Предлагаю дипломатический жест, — провозгласил про­фессор Гроссман после долгой минуты, в течение которой никто ничего не говорил. — Мы все прогуляемся, все, кроме нашего друга Фабриса и сеньориты. А через десять минут вер­немся. — И, словно провожая стадо овец, он погнал четырех женщин в сторону пастбищ. Сценарист следовал за ними сво­ей шаткой походкой, усмехаясь себе под нос.

Подробнее...

Кутаясь в плед, Фабрис прикинул, сколько часов прошло с тех пор, как они приехали, но ни темный, усыпанный звезда­ми небосвод, ни розоватое круговое свечение за это время не изменились. Наоборот, среди просторных декораций рав­нинного пейзажа и лошади, и люди стали чем-то удивительно постоянным. Он мог различить бесконечное множество дета­лей: разноцветные ленточки в гривах чьих-то коней, едва уло­вимую гримасу боли или досады на чьем-то лице, амулет от сглаза или изящный браслет с брелоками. Спектакль медлен­но разворачивался перед глазами Фабриса. 

Подробнее...

— Я вам никогда прежде не говорил? Вы родились устав­шим. Хорош бы я был, если б жаловался на малейшее утомле­ние.

Автобус свернул в Бахо, пробрался по лабиринту узких улиц и плотно прилегающих друг к другу зданий, выехал к воде и теперь на большой скорости несся по набережной, об­рамленной большими деревьями с синими цветами. Иногда ме­жду ветвями мелькала топкая полоса, по краю которой верени­ца киосков предлагала прохожим чорисо и мольехас Фабрис вспомнил, что очень давно не ел. “Нужно ему сказать, что мне необходимо выйти. Тогда я смогу взять такси, вернуться в гос­тиницу и позавтракать. Или пообедать— ведь уже, наверно, полдень”.

Подробнее...

Дорогой мой Палито, у меня сердце разрывалось, когда я думал о тебе.

 Глянь-ка, Тонио, каким сентиментальным вернулся к нам Фабрис. Что ж, как видишь, я немного потрепан, но цел. Трое суток в воде, старик, а на четвертые увидел берег како­го-то неведомого курорта. Ты ведь знаешь, я хороший пло­вец. И знаешь, что самое смешное? Волны мне не навредили, а вот какие-то бугаи на берегу решили, что я — опасный пре­ступник. В те дни, Фабрис, мы никому не доверяли. И теперь я — развалина. Дай руку, встреча с другом придаст мне сил.

Подробнее...

  • Я прищел спросить где находится магазин “Аристо­тель”. Я оставил в соседнем кафе приятельницу, а теперь не мшу еро найти, — и, чтобы скрыть смущение, добавил: — Я только с самолета. До сих нор не полупил ключ от гостинич­ного номера.
  • Вы что-то путаете. “Аристотель” закрыли сто лет назад. Именно тогда я решил открыть эту лавку. В любом случае, он находился не здесь, а на пешеходной улице. На три квартала ближе к реке. Разве вы не помните?

    Подробнее...

 

2.1 Славка


– Вот это рожа! – расплылся в улыбке белобрысый, едва войдя в комнату. – Это Якут тебя?

«Спортсмен» вёл себя так, будто ничего не было: ни избиения, ни похищения, ни угроз.

Славка промолчал, рассудив, что если блондинчик тут такой же невольник, как и он, то правило «отвечай, когда спрашивают» на него не распространяется. А общаться с этим жизнерадостным придурком у него не было никакого желания. 

– Якут, кто же ещё, – сам себе ответил блондинчик. – Ему только повод дай. 

Вслед за белобрысым, бормоча очередную свою мантру, вошёл Борода. Увидев Славкино опухшее лицо, он замолк, тяжко вздохнул, проковылял к столу и с тихим стоном опустился на табурет.  00

Подробнее...

  • Заклинило. Садитесь с другой стороны, — скомандовал шофер, не поворачивая головы.
  • А чемодан? — спросил Фабрис, снова начиная нервни­чать.
  • Положите просто на сиденье, багажник заперт.

Фабрис обошел машину, открыл другую дверь и как можно

удобнее расположился со своим чемоданом.

  • В гостиницу “Карлтон”, пожалуйста, — сказал он, стара­ясь придать голосу солидность. — В ту, что в центре.
  • Все гостиницы в центре. Вы уверены, что вам нужен “Карлтон”?
  • Да. “Карлтон”. Именно “Карлтон”. Я дорогу знаю, — сов­рал он.

    Подробнее...

 

2.3 Славка

Мир катился в бездну.

Ещё живы те, кто помнит кровь, гной, крики отчаянья и слёзы безысходности на лицах своих детей и родителей, жён и мужей, братьев и сестёр, друзей, соседей и совершенно незнакомых людей. Помнят больницы, в которых врачи умирали быстрее своих пациентов. Помнят отряды вооружённых мародёров, нередко состоявшие из бывших полицейских и военных. Помнят пожары, которые некому было тушить, и города, покинутые людьми, потому что зимой без электричества и горячей воды в них было не выжить. Помнят те времена, когда люди жили по календарю, на котором был только один день – сегодня, и по часам, которые показывали только одно время – сейчас. 00

Подробнее...