ведь воздух недвижим, ни ветерка, и уют уж Алида оборачина- ется яркой звездою, что исчезает во тьме, улетает все дальше и дальше, а она слышит голос, открывает глаза и видит Деле Ты спала, говорит он Задремала, кажись, говорит Алида

и видит, что Аеле стоит подле лавки со свечой в руке, и в ее свете Алида видит только его черные глаза, а в этих гла­зах — голос папаши Аслака, когда он пел ей, маленькой девоч­ке, прежде чем сгинул, ушел навсегда

 

Может, поедим маленько, говорит Асле Проголодался я, говорит он И я тоже, говорит Алида

и она садится на край лавки, и в кухне теперь стало тепло, тепло и хорошо, одеяло распахивается, она сидит, а тяжелые груди ее лежат на большом круглом животе, и она видит, как Асле раздевается, садится подле нее, обнимает за плечи, и оба ложатся и лежат рядом, укрытые одеялом Сперва отдохну чуток, говорит Деле Ты ведь почти не спал, да так долго, говорит Алида Верно, говорит он И, поди, ужас как устал, говорит она Верно, говорит Деле

И проголодался, еще и проголодался, говорит Алида Да, ужас как проголодался, говорит он Сперва отдохнем чуток, а после поедим, говорит он и Асле с Алидой лежат рядом, прижимаются друг к другу, и вот уж Аеде видит? как лодка легко и ровно скользит вперед, а там уже виднеется город Бьёргвин* дома в городе Бьёргви- не, скоро они будут там, наконец-то добрались, еще он видит Алиду, она сидит на носу, вся лодка перед нею, и все уже хо­рошо, они справились, добрались до Бьёргвина, и теперь начнется их жизнь, и он видит, как Алида поднимается на но­ги, стоит на носу, такая огромная, и Асле чует, что, судя по всему, сам он значения не имеет, значение имеет большой стев, большой припев, это он усвоил, видно, музыканту суж­дено знать такое, и для него большой стев зовется Алидой

II

Асде и Алида лежат на лавке, на кухне, в домишке, что на Ин- стегате В Бьёргвине, спят и спят, спят и спят, и вот Асде про­сыпается, открывает глаза, и смотрит вокруг, и не сразу пони­мает, где он, И видит рядом Алиду, она спит с открытым ртом, и он вспоминает, а на кухне уныло и холодно, он встает, зажи тает г вечу и вспоминает', вспоминает, кладет в гонку поленья

растапливает печь и возвращается на лавку, под одеяло к Дли- де, ложится рядом и слушает, как в печи трещат-горят дрова, слушает шум дождя на улице, стук капель по крыше, и он про­голодался, но они ведь захватили с собой много вкусной еды г , из кладовки мамаши Хердис в Пустоши, и, когда на кухне чу- \пд/гт1 ток потеплеет, он встанет и достанет харчи, а потом, позд­нее, пойдет на Торг и на Брюгтен, поспрошает насчет рабо­ты, найдет, поди, чем заняться, возьмут его на работу, и Асле смотрит на Алиду. она лежит, но вроде как уже проснулась Проснулась, говорит Асле Ты здесь, говорит Алида Да, здесь я, здесь, говорит Асле Хорошо, говорит Алида

и оба лежат, глядя в пространство перед собою Ты уже и печь затопил, говорит Алида Ну да, говорит Асле

и опять они лежат молча, а потом Асле спрашивает, не принесть ли ему маленько съестного, и Алида говорит, конеч­но, неси, и Асле приносит еду, они садятся на лавке и некото­рое время закусывают, потом встают ,юдежда меж тем успела просохнуть, они одеваются и распаковывают пожитки, при­везенные в двух узлах из Сарая, что в Дюльгье Ты в доме-то осмотрелся, говорит Алида Нет, отвечает Асле

тогда Алида отворяет ближайшую дверь, а когда Асле со свечой заходит туда, они видят маленькую комнатку с краси­выми картинами на стене, стол и стулья и еще одну дверь,

Алида открывает ее, и Асле входит туда со свечой, и оба видят каморку с кроватью, красиво заправленной, накрытой пле­дом

Недурной домишко-то, говорит Алида Верно, говорит Асле Недурной домишко, повторяет Алида и скорчивается, говорит, что ей вдруг стало больно, очень больно, живот вдруг так заболел, говорит она, ужас как забо­лел, говорит она, так что ей, поди, пришло время родить, го­ворит она и испуганно смотрит на Асле, а он обнимает ее за плечи, помогает лечь на кровать в каморке, укрывает ее пле­дом, а Алида корчится, кричит и мечется, потом кое-как вы­давливает из себя, что, видать, родит она и что Асле должен ' найти кого-нибудь, кто бы ей пособил Пособил, говорит он Я вот-вот рожу, говорит она ЯйИ должен найти повитуху, говорит она Да. творит Асде

и видит, что теперь Алида лежит спокойно* теперь она та­кая же, как обычно

Я вот-вот рожу, и ты должен привести кого-нибудь, кто мне пособит, говорит она Кого, говорит Асде Не знаю, говорит Алида

Но ты должен кого-нибудь найти, говорит она В большом городе Бьёргвине сыщется, поди, кто-нибудь, кто мне пособит, говорит она Да, говорит Асле Повитуха, говорит он

а Алида опять кричит и мечется на кровати, и у кого же, у кого ему спросить, он ведь никого в Бьёргвине не знает, ни­кого во всем огромном Бьёргвине, а Алида опять лежит спо­койно, такая же, как обычно

Приведи кого-нибудь, говорит Алида и опять кричит и выгибается дугой, так что живот ровно гора встает под пледом

Да-да, сейчас, говорит Асле

он выходит на кухню и в сени, потом на улицу, а на Инсте- гате уныло, сумрачно, льет дождь и, понятно, ни души не вид­но, вчера на улице народ кишмя кишел, а сейчас ни души, но ему надо непременно найти кого-нибудь, кто пособит Алиде, и он шагает по улице, не иначе как придется идти до самого Торга, там-то он, пожалуй, сыщет кого-нибудь, и он доходит до конца улицы, смотрит на Торг и там, впереди, видит вче­рашнего мужчину, того, что с тростью, в высокой шляпе, с бо­родатым лицом да в длинной черной шинели, он совсем близ­ко, всего в нескольких метрах, идет навстречу Асле, и можно просто спросить о помощи, и потому Асле подходит к Мужчи­не и смотрит на него

Послушай, говорит Асле Да, отзывается Мужчина Ты ведь можешь, говорит Асле Да, говорит Мужчина Можешь пособить мне, говорит Асле Пожалуй что и могу, говорит Мужчина Жена моя вот-вот родит, говорит Асле Я не повитуха, отвечает Мужчина

Но ты наверняка знаешь, где мне сыскать повитуху, гово­рит Асле

Мужчина стоит, не говоря ни слова

Да, тут, дальше но улице, живет одна старуха, наконец го­ворит он

Она уж точно сведуща в атаки* вещах, говорит он

Давай опросим у Нее,>говорит он

й Мужнина неспешными короткими шагами идет вверх по Инстегатё, шаг за шагом медленно, с достоинством идет по улице и перед каждым вторым шагом выбрасывает вперед трость, Асле идет путь позади него и видит, что Мужчина на­правляется к тому домишке, где сейчас в каморке лежит Лай­да и кричит-мечется, и действительно, Мужчина останавли­вается перед домом, где Асле с Алидой нашли приют от дождя, и ветра, и темени поздней осени, и Мужчина стучит в дверь, стоит и ждет, потом оборачивается, смотрит на Асле и говорит, что Повитухи, видать, нет дома, стучит еще раз, опять стоит и ждет

Н-да, говорит Мужчина

Повитухи, как видно, нет дома, говорит он

К кому же еще обратиться, говорит он

Ага, есть еще одна Повитуха в Скутевике, говорит он

Н-да, говорит он

Ступай на Торг, оттуда на Брюгген и дальше, пока не дой­дешь до Скутевики, а там опять спросишь, говорит Мужчина и Асле кивает, благодарит, поворачивается и опять идет вниз по улице до самого Торга, пересекает площадь, минует Брюгген и идет дальше, а дождь все льет, и так холодно, а Ас­ле все идет, идет, и добирается до Скутевики, и спрашивает, и узнает, где живет Повитуха, и стучит в ее дверь, она отворя­ет и соглашается пойти с ним, и идет с ним, и приходят они к домишку на Инстегате

Так ведь твоя жена в доме Повитухи, говорит Повитуха Но коли эта Повитуха не может пособить, так и я, поди, не сумею, говорит она

и Асле отворяет дверь, зажигает свечу, отворяет дверь в горницу, Повитуха заходит внутрь

Она что же, в каморке, говорит Повитуха и Асле кивает и говорит “да”, а кругом тишина, из камор­ки ни звука не слышно

Останься здесь, говорит Повитуха

берет у него свечу, отворяет дверь в каморку, входит, за­крывает за собой дверь, а кругом ни звука, таким тихим быва­ет лишь спокойное море, время идет, и время стоит без дви­жения, а из каморки ничего не слышно, потом Асле слышит стук в дверь, идет в сени, отворяет и видит мужчину в высо­кой шляпе, с бородатым лицом, с длинной тростью, в длин­ной шинели

Ты здесь, говорит Мужчина

Да, отвечает Асле

Жена моя рожает, говорит ом

Но Повитухи не было дома, говорит Мужчина - 

и Асле не знает, что сказать

Это не она, тут другая Повитуха, говорит он

Не понимаю, говорит Мужчина

и тут раздается громкий вопль, ровно земля разверзлась, потом еще несколько криков, и Мужчина качает головой и медленно уходит прочь, вверх по Инстегате, Асле же выхо­дит из дома и идет вниз по Инстегате, выходит на Торг, отту­да на Брюгген, идет и идет, потом возвращается на Торг и опять спешит на Инстегате, заходит в домишко, а там за сто­лом на кухне сидит Повитуха

Ну вот, ты стал отцом, говорит она Хороший мальчонка, говорит она

и Повитуха встает, идет в горницу, открывает дверь ка­морки, стоит на пороге и глядит на Асле

А ты не знаешь, где здешняя Повитуха* говорит Повитуха Нет, говорит Асле

Теперь можешь зайти в каморку, говорит она и Асле входит в каморку, где на кровати лежит Алида, а подле ее локтя — сверточек с черными волосами Ну вот и родился малыш Сигвалд, говорит Асле и видит, как Алида кивает

Вот малыш Сигвалд и родился на свет, говорит он и Асле видит, что малыш Сигвалд приоткрывает глазок, видит черный блеск в щелочке Малыш Сигвалд, говорит Алида

и Асле стоит, а время идет и не идет, и он слышит, как По­витуха говорит, что ей пора обратно в Скутевику, теперь в ней здесь нет нужды, а Асле все стоит и смотрит на Ал иду, а она лежит и смотрит* смотрит на малыша Сигвалда, и Асле подходит и поднимает малыша Сигвалда, поднимает высоко в воздух

Ну, право слово, говорит Асле Мы опять одни, говорит Алида Ты и я, говорит Асле И еще малыш Сигвалд, говорит Алида