IV глава

На следующее утро я проснулась непривычно поздно - в десять часов. Тем не менее, торопиться было некуда, поэтому я спокойно отправилась в ванную, оставив Женьку досыпать в тишине. Но только я вышла из душа с тюрбаном из полотенца на голове, как в дверь раздался стук. Я поспешно натянула халат и высунула лицо в приоткрытую дверь. Олег, собственной персоной вежливо улыбаясь, поинтересовался, когда же мы спустимся. Мои глаза округлились и я с размаху хлопнула себя по лбу. Мы проспали поездку!  00

О том, что парни отвезут нас к женщине, "видевшей" крылатого коня, мы договорились еще вчера. Но вернувшись домой довольно поздно, благополучно забыли об этом. Я начала в истерике бегать по номеру, пытаясь одеться и высушить волосы одновременно. После некоторых усилий мне удалось растолкать Женьку и она с хмурым видом поплелась в ванную, а потом полчаса просидела перед раскрытым чемоданом, выбирая, что надеть. В это время я болтала с Олегом и Данилом в кафе, извиняясь за нашу безответственность, и пытаясь умилостивить их шоколадкой. Они отмахнулись от угощения и сказали, что у них свободный день. Интересно, чем занимается Данил? Сегодня он был более приветлив, вежливо болтал со мной и даже улыбался. Я не могла отвести взгляда от его карих глаз. Безусловно, они очень красивые, но ему гораздо больше пошли бы зеленые или синие глаза. Заметив странную ухмылку, я спохватилась, что уже с минуту бесцеремонно его разглядываю. Отвернувшись, сделала вид, что копаюсь в телефоне. Перед выездом я должна связаться с Еленой Константиновной, той самой свидетельницей местного чуда. Мой аппарат упорно отказывался ловить сеть, и тогда Олег, перехватив его у меня из рук, отошел в угол у телевизора и начал что-то там нажимать. Не прошло и минуты, как сотовый вновь был готов принимать и отправлять звонки. Олег просто волшебник! Я поблагодарила его, вышла на крылечко и набрала нужный номер. Поговорив с женщиной пару минут, я уточнила адрес и попыталась попрощаться, но она настойчиво расспрашивала меня о том, с кем я собиралась приехать. Меня это немного напугало. Слава Богу, еду не одна. Когда вернулась к столу, в кафе зашла Женя. При виде Олега, выражение ее лица моментально изменилось, она попросила прощения за задержку и заказала кофе. Данил обратился к другу с предложением снять линзы, ведь если женщина слегка "того", ее могут очень впечатлить сияющий взор молодого человека. Женя прыснула в чашку, я пихнула ее в бок. Один Данил растерянно смотрел на нас, не понимая причины нашего веселья.

Когда Олег вернулся, мы с подругой синхронно обернулись - глаза у молодого человека оказались зелеными. Теперь, когда он перестал выглядеть как пришелец с другой планеты, мне гораздо легче стало с ним общаться. Я проверила на месте ли диктофон, фотоаппарат и ручка с блокнотом и мы уселись в машину Олега. Данил на переднее сиденье, мы с Женей сзади. Хорошо, что предстоящая поездка будет комфортабельной. Я сидела наискосок от Даниила и незаметно изучала его профиль: прямой нос, высокие скулы, тонкие губы и небольшой шрам на левой щеке.

Всю дорогу мы говорили о пустяках, но меня не отпускало смутное ощущение, что я упустила какую-то важную деталь. Мысленно проверила, все ли взяла с собой, верно ли назвала адрес парням, вспомнила письмо Елены Константиновны. Казалось, все в порядке, но червячок сомнения мешал мне расслабиться и поболтать с ребятами. Наверное, не совсем вежливо ехать, уставившись в окно, и я усилием воли заставила себя вникнуть в суть беседы.

- Мне так жалко ее, - произнесла Женя, вот всегда так, мужчина куда-то исчезает, а мы, женщины, страдаем.

Я увидела в зеркало заднего вида, что Олег улыбнулся.

- Знаешь, - ответил ей Данил, существует еще одна версия этой легенды. Например, дедушка рассказывал так, что в последний момент девушка успела выхватить душу любимого из лап смерти, и осталась с ним на Земле, но тем самым, они обречены вечно скитаться по миру.

Я вспомнила. Легенда. Неприятные ассоциации с опасностью и старушкой с невероятно громким голосом. Я поежилась от невесть откуда взявшегося холода. Олег уловил мое движение и сменил режим кондиционера. В машине стало ощутимо теплее.

- А знаете, - неожиданно для себя самой сказала я, - а ведь я уже слышала эту легенду. Точнее ту часть, что про пророчество.

Спина Данила закаменела, движения стали замедленными, как в кино. Он напряженно повернулся к окну, не глядя, нажал на кнопку и быстрым движением выбросил на улицу ползущую по руке осу. Олег посмеялся над его страхом, но Данил был здесь ни при чем. В детстве он случайно разорил осиное гнездо и врачи его едва спасли. Я представляю, каково это и смеяться над ним у меня совсем не было желания. Когда насекомое оказалось снаружи, Данил повернулся ко мне: "Ты говорила, что слышала эту историю..."

В течение моего короткого рассказа Женя с трудом сдерживала смех, а парни с изумлением смотрели на меня, Олег даже отвлекся от дороги на пару секунд. Мне пришлось объяснить, в какого вида газете я работаю, и о чем обычно пишу. Оставшийся путь я смешила всех рассказами о самых странных заявках наших читателей, а моя подруга с удовольствием все приукрашивала. Олег и Данил искренне хохотали, когда я расписывала им, как выглядит домовой, какой у него обычно образ жизни или когда русалки выходят на землю, чтобы найти себе любовника-человека для продолжения рода. Когда мое красноречие иссякло, мы еще минут десять ехали по тряской дороге, а потом вдалеке показался нужный нам населенный пункт. Я представляла себе, что Елена Константиновна живет в глухой деревушке и от безделья сочиняет рассказы. Но в Иргизлах множество улиц, они пересекались под самыми причудливыми углами, а в центре образовывали небольшую площадь. Мы видели все это, пока спускались с горы. Я с интересом вертела головой по сторонам. Как же живут люди там, где почти нет доступа к благам современной цивилизации? Ну, без клубов и бутиков я могла свою жизнь представить, но вот обходиться без ежедневного душа и свежих кинопремьер было бы тяжеловато.

В жаркий летний полдень на улицах почти никого не было, и не у кого было спросить дорогу, но Олег с легкостью нашел нужный нам адрес. Мы подъехали к высокому кирпичному дому. За металлическими воротами послышался собачий лай, и потому я подождала, пока хозяйка сама выйдет навстречу. Елена Константиновна разрушила мои ожидания. Вместо полусумасшедшей старухи, я увидела опрятную и моложавую пожилую женщину. Она приветливо мне улыбнулась, крайне неодобрительно посмотрела на джип, а номер изучала так долго, будто пыталась запомнить наизусть. Я попросила друзей остаться в машине, но парни ни за что не согласились отпустить меня одну. Мы вошли во дворе вместе. Крупная овчарка захлебывалась лаем, кидаясь на нас. Слава Богу, ее сдерживала мощная цепь. Собака встала на дыбы пока мы, прижимаясь к стене дома, проходили к крыльцу. Разувшись у высоких ступенек, мы поднялись в сумрачную веранду, а после, раздвинув тюль на дверях, вошли в дом. Пожилая женщина пару секунд смотрела на меня выжидательно, а потом жестом пригласила пройти в дальнюю комнату. Друзья расположились на диване, застеленном ярким самотканым покрывалом. Я видела, как Женя проводила меня взглядом, пока я не исчезла в дверях спальни. Елена Константиновна вызывала во мне явную симпатию. Хозяйка такого уютного и красивого дома не могла быть сумасшедшей, подумалось мне. Она прошла к окну, возле которого стояла высокая металлическая кровать с шишечками на спинках. Точно такая, как в доме бабушки по отцовской линии. Здесь так же высоко была взбита постель, а пышно сложенные подушки были накрыты кружевной занавеской. Поковырявшись в ящике тумбочки, хозяйка достала какие-то бумаги и протянула мне. Я взяла в руки несколько листочков, и поняла, что это дневник. "Почитайте, милочка, и, будьте добры, постарайтесь вникнуть в суть". Елена Константиновна улыбнулась мягкой, но усталой улыбкой. "А я пойду, угощу ваших друзей чаем". Я села на деревянный стул у окна и погрузилась в чтение, надеясь, что это не займет много времени. Ко мне заглянула Женя, в ее глазах было любопытство. "Все нормально?", спросила она одними губами. Я улыбнулась и кивнула. Листочки были исписаны твердым, ветвистым почерком. Судя по свежести чернил, записи были недавними.

29 мая

"Прошло пять лет, а я никак не могу привыкнуть жить без моего Миши. Каждый вечер, кажется, что он вот-вот появится в дверях и устало пройдет на кухню. Я буду кормить его ужином, поить чаем, пока он будет рассказывать мне, что приключилось у него на работе. Все его ровесники давно вышли на пенсию, он один продолжил работать, уверяя меня, что в старики ему записываться рано. Вот так и вышло, что не успел стариком побыть. Как горел на работе, так и сгорел, как спичка. Я по привычке накрываю стол на двоих. Когда Марина заглянет, когда почтальонша присядет выпить чаю. А больше я одна. Детей трудно винить, у них своя жизнь, у меня своя. Точнее, у меня не жизнь, а "доживание". По-прежнему вечерами я пододвигаю к телевизору два кресла, а наши карты все еще лежат в вазочке на телефонной полке. Все бы ничего, если бы меня снова не начали беспокоить они..."

В кухне со звоном что-то разбилось. Я услышала, как извиняется Олег, услышала охи-ахи Жени. В это время у Данила взорвался звонком телефон и почти сразу ко мне снова заглянула Женя. "Мальчикам нужно срочно на работу, придется ехать". Я согласилась, собрала листочки и вышла к остальным. Увидела виноватое лицо Олега, встревоженное Данила и почему-то насмешливое лицо хозяйки. Пока остальные выходили из дома и обувались, она положила ладонь мне на плечо, и попросила задержаться. "Заберите записи с собой, у вас будет время разобраться". "И вот еще", она вынула из посудного шкафа сложенную вдвое газету, "фотографии". Я осторожно положила все в свою сумку, поблагодарила за теплый прием и собралась последовать за друзьями.

"Вы уж там разберитесь, пожалуйста, - мягким голосом сказала она, кроме вас мне надеяться не на кого". Когда мы выходили из ворот под аккомпанемент бешеного лая, во мне боролись странные чувства. Наконец, я поняла, что это. Жалость и симпатия. Я увидела, что показавшийся богатым дом, давно пора обновить, что у собаки свалявшаяся комками шерсть и явно безобидный нрав. Они обе пытались изо всех сил показаться молодыми и сильными. Я будто увидела, как прикрыв за нами ворота, хозяйка ссутулившись побрела в дом одна. Просто жалость перешла в острую жалость. Если она сумасшедшая, вряд ли родные оставили бы ее жить одну, а я так и не поняла всей сути. Всю дорогу Олег ехал с неимоверной быстротой, и я даже не смогла посмотреть фотографии, потому что изо всех сил старалась удержаться на месте на поворотах.

Когда молодые люди, извинившись, проводили нас до базы и исчезли, мы с Женей побрели в беседку за баней. Эта поездка оказалась скомканной и непонятной. "Ну, что там?", спросила меня подруга. "Я так ничего и не поняла. Хозяйка дала мне свои дневниковые записи и фотографии, я даже просмотреть не успела". "Так давай же, откроем". Доставая записки, я поделилась с подругой сомнениями по поводу того, что Елена Константиновна сумасшедшая. Она согласилась со мной, и в нетерпении вырвала сверток. Внутри оказалось два изображения. На том, что Женя передала мне, не было ничего особенного, неясная точка в небе. А вот второй изумленная подруга не спешила мне отдать. Когда я, наконец, забрала его, увидела, что там тоже нет ничего интересного. Точка в небе могла оказаться как крылатым конем, так и крупной птицей, но взволновало нас не это. На переднем плане был снят автомобиль с открытым багажником полным странных пакетов. Большой, черный, тонированный автомобиль, слишком хорошо нам знакомый, чтобы не узнать. Я подняла глаза на Женю, а она, запомнившая номер машины Олега с первого раза, подтверждающе кивнула.

Впервые за всю мою практику работы в этой газете, корреспондентское расследование приобрело детективный оттенок. Каким образом на снимок попал автомобиль нашего нового знакомого? Начал накрапывать легкий дождик, и мы с подругой покинули беседку, чтобы от души поболтать в номере. Кто эта женщина? Сумасшедшая или нет? Что это за снимки? Увлеченные беседой, мы даже пропустили время ужина. Мне было откровенно не по себе. Жене, казалось, тоже. Я решила, что мы должны заехать к ней снова в ближайшее время. Наверное, стоит привезти ей новый сервиз. Для нас пустяк, а пенсионерка наверняка достала для гостей лучшую посуду, как обычно бывает в деревнях. По просьбе подруги, я продолжила чтение вслух:

"...Точнее, у меня не жизнь, а "доживание". По-прежнему вечерами я пододвигаю к телевизору два кресла, а наши карты все еще лежат в вазочке на телефонной полке. Все бы ничего, если бы меня снова не начали беспокоить они, мушки перед глазами. Все чаще я замечаю, что стала гораздо хуже видеть, а так не хотелось бы на старости лет становится обузой для детей. Из-за проблем со зрением, мне стали мерещится странные вещи".

Я читала около десяти минут, пока листочки не закончились. В них говорилось об одинокой старости, редких приездах детей, покойном муже, и, самое странное, о тех чудесах, что наполнили ее жизнь в последнее время. Стандартный набор по меркам моей газеты: то домовые мерещатся, то люди, со странными сияющими глазами. Слава Богу, Олег снял свои линзы перед поездкой, согласились мы с Женей. На последней странице говорилось о девушке, приехавшей к Елене Константиновна вместе со "скорой" месяц назад. Женщине стало плохо с сердцем, она ждала неотложку сорок минут, а когда врачи, наконец, приехали, лежала почти не двигаясь. Первой к ней вбежала молоденькая девушка. Положив руку на лоб больной, другой она крепко сжала ее запястье. К тому моменту, когда в дом вошли остальные медработники, Елена Константиновна уже сидела в кресле. Давление, пульс - все оказалось в норме. При таком раскладе советоваться с ними по поводу того, что она видит, женщина не стала. Но долго благодарила девушку, явно спасшую ей жизнь. В самом конце листа приписка: "ходила сегодня к Мише, услышала смех и громкий разговор за оградой. Решила сделать замечание, но, когда подошла ближе, чуть не лишилась сознания. Прямо передо мной метрах в трех над землей парил огромный, белоснежный крылатый конь. Неподалеку стоял большой, черный автомобиль, а рядом разговаривали трое людей. Они не заметили меня, и я осторожно сфотографировала все, что успела на камеру телефона".

Мы с Женей долго просидели в молчании, представляя одинокую жизнь и страхи, которыми не с кем было поделиться. Совершенно сбитые с толку, решили пока ничего не говорить Олегу. Лучше сначала самим снова наведаться в Иргизлы, прикупив в райцентре симпатичные чашки.

Оставшийся вечер мы провели в блаженном ничегонеделанье. Пару раз видели озабоченного чем-то Олега, поболтали за поздним ужином с Ариной. По ее словам очередная группа буйных туристов с базы попыталась пробраться на второй ярус пещеры, закрытый металлической решеткой и дверью. Посетители оказались не из "простых", и разгоревшийся скандал дошел до местной администрации. Инцидент пришлось улаживать весь день. Это подтвердил заглянувший на минутку в кафе Олег. Он спросил нас о фотографиях, но мы как можно более невозмутимо отшутились. Когда мы шли с подругой обратно в номер, я поймала себя на мысли, что с самого утра не видела Данила. Никому и ни за что не призналась бы, особенно Жене. Но когда лежа в постели, я услышала его ровный голос, доносящийся с игровой площадки, испытала что-то похожее на радость.

V глава

Все утро до завтрака мы с подругой проспорили. Женя предлагала поговорить с Олегом напрямую, а я уверяла, что делать этого ни в коем случае не стоит. Если наш новый знакомый на самом деле в чем-то замешан, показывать свою осведомленность в этом было бы верхом глупости. Багажник машины на фото забит пакетами с белым порошком. Сто к одному, что наркотиками. Эта гипотеза оправдывает и дорогие автомобили рядовых сотрудников обычной базы отдыха, и скрытные характер наших новых знакомых, и неожиданные отлучки. Мне стало не по себе, но Женя считала это ерундой. Конечно, сквозь розовые очки влюбленности теперь не пробиться фактам и логике. Мы продолжили препираться даже спускаясь по лестнице. Внизу нас ждал Артур, сияя широкой улыбкой. На нем были привычные выцветшие шорты, в руках удочка. В который раз я спросила себя, законно ли рыбачить в такой близости к заповедной зоне? Но не ответить ему улыбкой невозможно, молодой человек умудряется не обделить вниманием ни одну из нас, отпуская комплименты и болтая о всякой ерунде. Так, пройдя несколько метров до кафе, мы с Женей забыли об утреннем споре. Мое тревожное настроение сменилось предвкушением беззаботного, солнечного дня. Я не могла вспомнить, когда в последний раз была представлена себе и свободно выбирала, чем заняться. Артур предложил отправиться на речку. Это здравое предложение. Оставалось не так много времени, а мы толком не загорели. Я спросила у подруги, пойдет ли она с нами, но ее вниманием сейчас завладеть было довольно проблематично. За дальним столиком я увидела Олега. Не зря Женя надела короткую ярко-желтую юбку-солнце и распустила волосы. Глаза молодого человека засияли даже больше обычного. Мной овладело беспокойство, когда я посмотрела, как весело щебечет эта парочка. Если Олега действительно стоит опасаться, Жене даже в голову не придет бы соблюсти хоть какую-то осторожность.

Артур выпить чаю отказался. Мы договорились встретиться чуть позже на берегу. Он исчез в дверях кафе, а я направилась к подруге и ее собеседнику. Закончив с завтраком, мы собрались выходить, как вдруг заметили, что весь персонал кафе вытянулся как по струнке. Я удивленно обернулась к двери и увидела у порога незнакомого мужчину. Несмотря на жаркие дни, на нем был деловой костюм. Он прошел к барной стойке, а Олег шепотом объяснил нам, что это директор базы отдыха. В другое время я бы просто отвернулась, но что-то в незнакомце притянуло взгляд. Наверное, его твердая походка. Несмотря на солидный возраст, выглядел он подтянуто. Я рассматривала его столько, сколько позволяет вежливость, потом отвернулась. Кого-то он мне напоминал, но я никак не могла вспомнить кого. В этот момент директор подошел к Олегу, и мы с Женей как отличницы в школе хором поздоровались. Он скользнул равнодушным взглядом по Жене, кивнул мне и удалился из кафе. Олег, понимая его без слов, ушел следом.

- Вот это мужчина, - сказала моя подруга, - тебе не кажется, что он похож на нашего бывшего ректора?

Меня, наконец, осенило, с кем я его сравнивала и я кивнула.

Времени у нас сегодня было полно. После обеда мальчишки пообещали отвести нас на экскурсию на второй ярус пещеры. Но пока нам заняться было нечем. Женя предложила просто прогуляться по окрестностям и пофотографироваться. Я с энтузиазмом поддержала идею и мы унеслись обратно в номер, чтобы накраситься и уложить волосы. Женя выбрала красивое платье в цветочек, я розовый сарафан. Прихватив шляпки, мы устремились в поисках красивых пейзажей.

От красоты окружающей природы захватывало дух. Мы без устали кривлялись перед камерой добрый час, пока, наконец, я не устала и не начала ныть, что хочу уйти с солнца. У Жени энергии как всегда воз и маленькая тележка, поэтому вернуться она согласилась весьма неохотно. У ворот нашего комплекса ее перехватил Олег, и я пошла в номер одна. Меня так сморило на жаре, что я заснула, как только голова коснулась подушки. Прошел, наверное, час или два, когда я с трудом выплыла из марева тяжелого сна. Чувствовала себя отдохнувшей, но совершенно не способной собрать мысли в кучу или хотя бы просто начать двигаться. Прохладный душ помог мне прийти в себя, и я спустилась вниз в поисках Жени. Ее нигде не было. Время два часа, но наших экскурсоводов тоже нет. Впрочем, от жары попрятались похоже вообще все. Побродив несколько минут по базе, я встретила Арину, выходящую из прачечной. Она сообщила, что Олег и Женя ушли сразу, как мы с ней вернулись. Куда она не знает. Данил бродит где-то здесь. Артур наверняка как всегда рыбачит. Совершенно не зная чем заняться я пошла в кафе и заказала комплексный обед из трех блюд, хотя есть особо не хотела. В тот момент, когда я размазывала пюре по тарелке, кто-то подкрался ко мне сзади и схватил за бока. Щекотки я боюсь ужасно, тем более при таком неожиданном нападении. Взвизгнув, я резко отпрыгнула в сторону. В итоге вилка улетела куда-то за барную стойку, я тряслась от испуга, а молодой человек, напугавший меня, тоже трясся, только от смеха. Во мне поднялась буря негодования, я докопалась к первому, что бросилось мне в глаза.

- Ты вообще без удочки когда-нибудь ходишь?

- Очень, очень редко, - серьезно ответил Артур. Вы почему купаться не пришли?

Я совершенно забыла о данном ему обещании, но сейчас не была настроена оправдываться.

Увидев мою реакцию, молодой человек полчаса пытался поднять мне настроение и даже принес новую чистую вилку. В конце концов, я мрачно согласилась пойти искупаться. Мы вышли из кафешки вместе и я пошла в номер за купальником. Мой взгляд притянул черный, наглухо затонированный автомобиль Олега. Если даже предположить, что они не занимаются наркотиками, что же может лежать в багажнике, расфасованное по мешкам? И куда они все-таки вдвоем пропали? Слово "пропали" задержалось в моей голове, и я начала лихорадочно соображать. Женя могла легко все выболтать, а сейчас они были неизвестно где уже несколько часов. Я побежала в нашу комнату и разгребла кучу косметики на туалетном столике. Так и есть - она забрала фотографию. На всякий случай я отодвинула мебель и проверила тумбочки. Нет, фото действительно пропало. Из всех цензурных слов в моей голове осталось только "Вот дура-то...". Я снова абсолютно забыла про Артура и начала метаться по комнате. Паниковать еще рано, но тут мне пришла мысль, может поздно паниковать? Номер подруги естественно был недоступен. Я прокляла тот день, когда вообще решила сюда поехать. У кого было просить помощи? Ведь они наверняка сообщники, и директор, и Данил, и даже милая Арина. Накрутить себя за пять минут я могу легко, внутри меня набирала обороты волна неотступной тревоги и я бесцельно спустилась вниз по ступеням. В окно я увидела, что у кафешки маячит Артур. Мне сейчас было совсем не до него. Поднимать шум было бы неосмотрительно, поэтому, я решила пойти и поискать самой. Такие вот приключения интересно смотреть в кино, а когда угроза нависает над твоей жизнью, становится не до шуток. Я расспросила сотрудников кафе, на ходу бросив слова извинения ожидавшему меня молодому человеку. Поблуждала между домиками для отдыхающих, быстрым шагом прошла магазинчики за территорией комплекса. В тот момент, когда тревога настигла апогея, я лицом к лицу столкнулась с Данилом прямо в воротах. Увидев выражение моего лица, он коротко бросил: "Что случилось?". Я абсолютно не была уверена в том, можно ему доверять или нет, но, казалось, у меня больше нет вариантов.

- Я ищу Женю. В последний раз я видела ее в сопровождении Олега.

Как ни странно, губы Данила тронула едва заметная усмешка, но он тут же снова постарался стать серьезным.

- Кажется, они пошли фотографироваться на балку.

- Куда?

- На балку, километрах в полутора отсюда. Там очень красивое озеро. Туристы часто ходят туда фотографироваться.

- Ты уверен? Я не могу до нее дозвониться.

- Ну, если хочешь, я провожу тебя. Правда, мне кажется, что можно было бы просто дождаться здесь.

Внутри меня началась борьба. Если Данил прав, то мне стоило поторопиться туда. Но вдруг, меня тоже заманивают меня в ловушку? Какого черта он опять улыбнулся?! Я коротко кивнула: "Пошли". Мой собеседник указал на мои балетки и сказал, что лучше переобуться. Через пять минут я спустилась обратно в спортивном костюме и кроссовках. В кармане у меня на всякий случай был припасен аэрозоль от комаров. Если что, смогу обороняться. Данил встретил меня широкой улыбкой, да что же такое с ним сегодня?

Первые пятьсот метров я почти бежала, а молодой человек вынужденно догонял меня. Потом дыхание сбилось, и я сделала вид, что любуюсь природой вокруг. По протоптанной тропинке идти было не сложно, но непривычные к такой нагрузке ноги начали гудеть. Дорога шла в гору. Еще через пару сотню метров мой спутник предложил отдохнуть. Мы как раз миновали небольшую скамейку. Лавочка самая обычная, два пня и прибитая сверху доска. Я села. Вытянула ноги. Данил устроился рядом.

Некоторое время мы сидели в тишине среди благоухающего лета. Все цвета были будто подкрашены неведомым художником, все казалось преувеличенно ярким. Насыщенно голубое небо, густо зеленая листва деревьев и пестрый цветочный луг. Мрачные мысли, если не улетучились, то ушли куда-то на второй план, благодаря волшебному действию природы, завораживающему и успокаивающему одновременно. На мое колено села изящная белая бабочка, несколько мгновений решала цветок я или нет, и снова упорхнула в невесомость. Я вспомнила про Женьку и пообещала себе, если все разрешится хорошо, убить ее за эту тревогу. Мне уже казалось, что зря я себя накрутила. Я искоса посмотрела на Данила и попыталась представить его торгующим наркотиками. Вытянутые джинсы, стоптанные кеды и беззаботная улыбка никак не вязались с образом наркодиллера. Хотя откуда мне знать, как они выглядят. Может именно вот так, чтобы отвести от себя любые подозрения. Молодой человек снова улыбнулся. Что же такого радостного произошло у него сегодня? Меня начала слегка раздражать эта неуместная веселость, но я вдруг заметила ямочки на его щеках. Сейчас подозрения мне казались совсем глупыми. А что мешает прямо у него узнать, чем он занимается? Данил произнес: "Я биолог".

- Что, прости? - Наткнувшись на недоуменный взгляд, продолжил: "Я биолог, а ты на кого училась?". Кажется, я упоминала, что работаю не по специальности.

- Переводчик. С английского и французского языков. Правда, последний знаю не очень.

- Интересно.

- А чем конкретно ты занимаешься? Биология включает в себя много областей.

- Я почвовед. Приезжаю сюда на практику каждое лето и заодно подрабатываю на базе.

- Понятно. Неужели так интересно изучать почву?

- Скорее, полезно. Для науки и сельского хозяйства.

Я неопределенно что-то промычала в ответ, эта тема явно не казалась мне интересной.

- Вот, например, - продолжил молодой человек, - сейчас я собираю образцы почв и отправляю их в лабораторию для анализа. С эти бывает связано много забавных случаев.

Он снова широко улыбнулся.

- Например?

- На днях мы с Олегом ехали из города и нас остановили на посту. А почву мы фасуем в небольшие, прозрачные пакеты. Храним естественно, в багажнике. Пока объясняли, что не наркотики везем, прошло часа три. Даже директора пришлось вызывать.

Я не могла понять, какое чувство во мне преобладает, облегчение или стыд. Так вот в чем дело. Образцы почвы. Интересно, это работа свела меня с ума? Но не идти же обратно. Я кряхтя, поднялась. Мы снова пошли в гору. Торопиться теперь было некуда, настроение заметно улучшилось и всю дорогу мы с Данилом болтали. Меня перестало раздражать веселое настроение, и пару раз я даже рассмеялась над его шутками. Пришли мы довольно скоро. Женька абсолютно в своем репертуаре восседала на дереве. Невысоко, правда. Распустила белые космы и старательно позировала безостановочно щелкающему Олегу. Когда мы подошли, я предупредила, что лучше бы ей не спускаться пока. За те переживания, что она мне доставила, я готова сейчас убить. В довершение ко всему, она мне прямо оттуда сообщила, что в пакетиках не наркотики, а образцы почвы. Так стыдно мне не было никогда. Данил, наконец,

Когда Данил уговорил меня перестать смущаться и даже сказал, что вполне понимает мои подозрения, я вернулась к остальным. На кладбище ребята были в первый и последний раз, а после этого случая заявили, что вообще больше туда не поедут. Женя напомнила о точке в небе, но Олег отмахнулся. "Мы ездили туда вдвоем и не видели даже обычных коней, их никогда не выводят пастись в той области. А уж крылатых, тем более...", сказал он.

Возвращаться нам не хотелось. На экскурсию можно было пойти в любой момент, и даже завтра. Поэтому, мы провели там минут сорок, болтая, фотографируясь и просто гуляя. Заметив, что мы с Данилом стали намного легче общаться, Женя начала меня подкалывать по этому поводу. Два года прошло с тех пор, как я рассталась со своей первой большой любовью, и все это время она пытается найти мне пару. Этого случая она точно не упустит и теперь, у бедного молодого человека нет шансов. Чтобы хоть как-то прервать хихиканья, я спросила у нее о том, что у них с Олегом.

Чуть позже, когда мы вчетвером сидели на поваленном дереве и болтали о всякой ерунде, мое внимание привлек большой камень. Он был похож на путеводный, из русских народных сказок. Зачем его поставили не у дороги, а у тесного березняка? Я встала и пошла к нему, но пройдя метров пятьдесят, убедилась, что это обыкновенный валун. Любопытство толкнуло меня дальше. Я решила обойти деревья справа и посмотреть, что там. Обернувшись, увидела, что Данил встал и направился в мою сторону. Деревья не кончались. Их становилось больше и больше. Лес как будто смыкался вокруг меня. Через минуту все-таки вышла из березняка. Чуть дальше справа находилась какая-то будка, за ней шел невысокий кустарник. Дальше были кочки... Я пару секунд соображала, где все это видела. Потом, покачнувшись, схватилась пальцами за дерево, у которого стояла. Шершавая кора березы будто успокаивала, пока я пыталась собрать мысли. Наконец мой мозг вынес вердикт - совпадение. Совпадение, совпадение. Я поняла, что сойду с ума, если услышу за спиной голос и поскорее обернулась. Данил как раз подходил ко мне. Он шел с полуулыбкой, но увидев мое состояние, вмиг стал серьезным. Я смотрела на него, в его темно-карие так ему не идущие глаза, и вдруг поняла, что ни с кем не могу поделиться этим. Женя прямиком отправит меня к врачу, мама сразу приедет, прихватив старшую сестру и бабушку, чтобы устроить семейный консилиум. А я к тому времени, точно сойду с ума. Данил спросил, что случилось, и я решила рискнуть. Возможно, после этой поездки я его больше никогда не увижу (что-то неприятно кольнуло в области сердца), а он кажется таким спокойным и рассудительным. Пока я объясняла ему ситуацию, выражение его лица смягчилось. Он приобнял меня и повел обратно, рассказывая про какие-то строго научные явления, которые могут вызывать в голове человека воспоминания о местах, которых никогда не видел. После этих слов я успокоилась. Как всегда от него шла волна умиротворения и я почувствовала себя глупой эмоциональной девчонкой.

Мы вернулись на базу и сразу отправились в кафе, перекусить. Там Данил что-то сказал девушке за стойкой, сменившей Арину, и та принесла мне ароматный травяной чай. Пахло приятно, на вкус оказалось тоже ничего. Он объяснил мне, что это специальный сбор от переутомления, а потом полчаса извинялся, что не имел ввиду, что я слегка "того". Я прекрасно поняла его, но все же слегка помучила, заставляя оправдываться.

Когда мы вышли из кафе, на дворе был вечер. На экскурсию было решено идти завтра, а пока мы с подругой отправились искупаться, договорившись встретиться с друзьями позже. Восторгу Жени не было предела, она явно влюбилась в Олега по уши. Теперь, я знала по опыту, она не упустит случая свести меня с его другом. Я-то к этому давно привыкла, а вот о реакции Данила было страшно даже подумать.

На следующее утро мы облачились в бесформенные зеленые комбинезоны, принесенные Олегом. Выглядели в них как космонавты, потому что размера нашего на складе не нашлось, мы попытались хоть как-то завернуть рукава и штанины. В кроссовках идти оказалось невозможно и мы кое-как нашли на базе резиновые сапоги. Но, мы с Женей слегка поторопились, идти три километра до пещеры так было трудновато, и мы снова переоделись, запихав униформу в пакеты.

Данил был так же приветлив, но я постаралась перевести мысли на объект нашей экскурсии. Невероятно, что мы увидим рисунки, оставленные людьми, жившими за много столетий до нас. Чем они жили, во что верили, для чего поднимались на опасную высоту второго яруса и рисовали там какие-то фигуры? По дороге к пещере Олег рассказал нам вкратце о том, что предстоит увидеть. Я поймала себя на мысли, что до сих пор не спросила у подруги, чем он занимается в обычное время. Может, она и говорила, но это просто вылетело у меня из головы. Держал Олег себя свободно, говорил легко и интересно, мне казалось, что он мог бы стать неплохим политиком. А вот Данил - почвовед... Звучит не очень-то перспективно и интересно. Я вообще о такой профессии до этого не слышала. Что может заставить человека заняться изучением почвы и посвятить этому жизнь?

Дошли до пещеры довольно быстро. После выдачи фонарей и инструктажа, Олег проводил нас с Женей в сторожку, чтобы мы смогли переодеться.

Мы прошли калитку, миновали мостик и снова вошли под своды Портала. Благодаря тому, что сейчас было раннее утро, я смогла, наконец, понять, почему небольшое озерцо у входа в пещеру называется Голубым. Под прямыми лучами солнца оно было бирюзовым, как морская вода. Мы с Женькой долго восторженно ахали и фотографировались рядом. Миновав обычную экскурсионную тропу, мы поднялись по железной лестнице к воротам на второй ярус. При неярком свете налобного фонаря Олег долго пытался открыть замок, и когда ему удалось, мы осторожно вошли туда. Оказались, будто в небольшой круглой каменной комнате. Справа виднелась еще одна лестница, уходящая в высоту. Я старалась не думать о толще камней, находящейся над нашими головами.

Череда невероятно красивых залов сейчас слегка смешалась в голове, но, помимо самых настоящих сталактитов и сталагмитов, я хорошо запомнила изящные натеки, образовывающие целые картины. Как завороженная я рассматривала их, и даже чуть было не залезла в тупик. Резкий окрик Данила заставил меня застыть на месте. И вот что странно, обратно ползти оказалось намного сложнее, проход будто сузился.

Мы не касались рисунков древнего человека пальцами, но я пыталась уловить энергию, представляя тех, кто создавал их много лет тому назад. Может, среди них была такая же как я девушка? Мы дошли до длинного коридора, и так получилось, что я чуть отстала от остальных, потому что снова остановилась у красивого натека. Осветив эту часть стены фонарем, я увидела непонятные письмена, сделанные тем же цветом, что и рисунки. Конечно, они появились тут гораздо позже, но кто и для чего их здесь оставил? И что они означают? Я решила узнать об этом у Данила и подозвала его поближе. В ответ на вопрос он промолчал. Я не видела его лица, но реакция показалась мне странной. Если ты чего-то не знаешь, не стыдно в этом признаться. Позже гляну в интернете, подумала я. Когда обернулась, Данил был возле Олега. Сказал ему что-то, и ребята вернулись к началу зала. Олега смутил странный конденсат, о котором было решено немедленно сообщить спелеологам. Пришлось пойти к выходу, чтобы покинуть пещеру.

У беседки мы оставили фонари Олегу. Руки были испачканы глиной. Я пошла к реке, протекающей неподалеку, чтобы ополоснуть их. На берегу слегка засмотрелась на красивый пейзаж и только хотела вернуться к друзьям, когда увидела неподалеку девушку. Когда она подошла, я поняла, что это скорее молодая женщина. У глаз россыпь мимических морщин. Чем-то неуловимо она напоминала обезьянку. Я удивилась тому, что она гуляет здесь в длинном, красном сарафане. Насколько я знала, экскурсии еще не начались, значит, это кто-то из сотрудников или их друзей. Она подошла ко мне слегка вихляя бедрами и поинтересовалась, как прошла экскурсия. На удивленный взгляд, даже не представилась, а взяла меня под ручку. Существует такой тип людей от наглости которых просто теряешься. Мы дошли до беседки, пока она задавала мне вопросы, а я односложно отвечала. При виде Олега и Данила глаза ее еще больше сузились. А вот лица молодых людей приобрели враждебное выражение. Данил что-то быстро сказал ей на башкирском, я даже не успела разобрать что. И женщина, не глядя на меня, быстро ушла по экскурсионной тропе. Мне показалось, что исчезла, настолько торопливо она постаралась ретироваться.

VI глава

"Надо мной широким темным шатром раскинулась ночь. Крупные белые звезды, рассыпанные по бархатному небосводу, подслеповато мерцают из далёких глубин космоса. Мне зябко в этой сумрачной прохладе, но я продолжаю стоять на нижней ступеньке крыльца, всматриваясь в пустоту.

Я жду.

Кругом тишина. Ни звука, ни шороха. В этом вакууме я начинаю различать едва слышное стрекотание и инстинктивно оборачиваюсь туда, где она должна быть сегодня. Из-за дальних построек медленно растекается призрачное свечение. Постепенно оно становится ярче, и я вижу тяжелый, налитый тусклым светом бок. Очень быстро луна выкатывается дальше и выше, и двор постепенно наливается неярким, потусторонним светом. Я легко различима сейчас на много метров вокруг, но меня это не пугает. Тот, кого я жду - близко. Предчувствие не подводит, минутой позже я ощущаю кожей, как от стены за мной отделяется тень. С улыбкой поворачиваюсь туда.

Он берет меня за кончики пальцев левой руки. По телу разливается приятное тепло. Несколько мгновений - и я перестаю зябнуть. Прохладный воздух будто отодвигается от меня.

Теперь, когда он здесь, мы можем идти. Мы пошли к высоким воротам, за которыми начинается новая сказка. Всю дорогу мимо нас снуют невидимые существа. Я не могу разглядеть, но ясно ощущаю их присутствие. Мы пересекаем проселочный путь и скрываемся в густых зарослях кустарника. Я посмотрела на своего спутника искоса, пытаясь запомнить черты лица, но в моей памяти снова и снова остаются только светящиеся зеленые глаза. Нам легко идти и легко молчать. Во всем мире сейчас осталась одна наша едва заметная тропинка, густой лес, проблески звезд между кронами деревьев и десятки невидимых существ, сопровождающих нас. Спустя время, мы выходим на небольшую поляну. Луна светит прямо над нашими головами. Теперь я могу разглядеть тех, кто шел рядом. Странные существа оказываются вовсе не невидимыми. Я вижу замшелые пни, с крепкими, поросшими мхом корнями и ясными глазами, поблескивающими в складках коры. Вижу призрачных девушек, с зеленоватыми волосами и хитрыми улыбками. Вижу ящериц, стоящих на задних лапках и приветственно машущих мне миниатюрными копьями. А чуть вдалеке под деревьями стоит существо, походящее на огромный валун. Его единственный желтый глаз светится как фонарь. Меня не пугает их присутствие. Я чувствую себя спокойно, но внутри горит огонек ожидания. Зачем мы здесь? Мой спутник подводит меня к каждому существу по очереди, так, чтобы оно могло коснуться меня лапкой, веткой или призрачной ладонью. Последним ко мне подошло странное существо, состоящее из одних веточек. Оно посмотрело на меня блестящими черными глазами и протянуло ручку. Когда странный обряд знакомства закончился, я поняла, что теперь мы свободны. Сон перестал вести нас по заложенному сценарию и при мысли об этом, меня охватила радость. Пока светит луна, мое тело остается легким и гибким. Я опускаю взгляд на свои ноги, обутые в тонкие зеленые балетки и, прежде чем меня могут остановить, бросаюсь к противоположному концу поляны. Бегу сквозь ночь и шорохи ветвей, так легко, как бывает во сне. За мной мчится тень. Погоня, ночь и свобода будоражат мое сознание. Сколько это длится, не знаю, но постепенно бегу все тише. Наверное потому, что на луну набежали узкие серые облачка. Замедлив шаги у самой опушки леса, я различаю в сумраке знакомую болотистую местность, далекий кустарник и небольшую будку. Рядом со мной никого нет, но я чувствую дыхание позади себя. Оборачиваюсь. В последнее мгновение своего сна я впервые так близко вижу сияющие глаза".

На деревянном потолке пляшут солнечные лучи. Сегодня я явно спала дольше обычного, но, кажется, кошмары мне не снились. Первые мгновения я еще помню и странных существ, и своего спутника, но скоро они улетучиваются из моей головы. Женя, конечно, спит. Я повернулась к ее постели, и с удивлением увидела, что она пуста. Куда подевалась подруга с утра пораньше? Бодрая и выспавшаяся я вскочила с кровати, сделала небольшую зарядку и побежала в ванную. День обещал быть теплым, поэтому мой выбор пал на легкий белый сарафан и невесомые балетки в разноцветный горох. В кафе никого не было, только Арина пыталась настроить вечно ломающееся радио. Она сварила мне ароматный кофе и предложила свежие блинчики. Я сидела у открытого окна, впитывая в себя ароматный и чистый воздух и наслаждалась жизнью. Идеальный завтрак в идеальном месте. Олег уехал по делам в райцентр, Женька, как выяснилось, увязалась с ним. А вот где Данил? Арина, будто прочитав мои мысли, сообщила, что он уехал еще раньше утром. Когда вернется неизвестно. Вот. То же чистое, летнее утро, но внутри меня начала скручиваться противная серенькая скука. Мы виделись всего несколько раз. С моей стороны крайне глупо вообще думать о нем, но вот так уж устроены девушки. Допив кофе, я поблагодарила Арину и вышла на крыльцо кафе. Мимо как раз прошел Артур с удочкой, и я снова увязалась за ним на речку.

Вернулась обратно к обеду, разомлев от полуденной жары. Олег и Женя как раз приехали на базу, и наперебой рассказывали мне местные новости. Женя молодец, не забыла про Елену Константиновну, купила ей красивый чайный сервиз.

Но когда мы начали строить планы на остаток дня, небо затянулось серой пеленой, и зарядил мелкий дождик. Не прекратился он и на следующий день. Мы с Женей помрачнели. Проводить отпуск в номере нам совсем не хотелось. Пришлось придумать новые развлечения. Мы играли в карты в кафешке с Ариной и Артуром, пока Олег был занят делами. Нашли пыльную коробку с "Монополией", за которой провели еще пару часов. И, наконец, когда небо немного прояснилось, решили, что пора ехать к Елене Константиновне.

Женина "букашка" завелась с первого раза. Мы прихватили с собой сервиз и выехали по знакомой дороге. Сначала никак не могли договориться, как вести себя с хозяйкой. То ли делать вид, что мы полностью верим рассказам, то ли просто отмалчиваться. Когда Женя припарковалась у кирпичного домика, дорогу совсем развезло. Мы кое-как выбрались наружу, стараясь не испачкать обувь. Елена Константиновна, с которой я созвонилась еще утром, сразу вышла навстречу, а собака в этот раз встретила нас равнодушно. Мы прошли к крыльцу по дорожке, выложенной из желтого кирпича, и поднялись в дом.

Пожилая женщина сразу бросилась угощать нас чаем, а увидев подарок, чуть не расплакалась и потом долго благодарила нас.

- Не стоило, девочки. Ну, зачем вы так?

- Простите нас за прошлый раз, мы не могли остаться тогда.

Хозяйка искоса глянула на меня и что-то пробормотала себе под нос. Женька, с ногами сидящая на стуле у печки, тут же бросила на меня выразительный взгляд. Казалось, она в любой момент ждала от нее диверсии. Я отрицательно покачала головой. Что ни говори, а старушка внушала доверие. Когда чай был разлит по чашкам, а стол уставлен сладостями, мы расселись вокруг. Елена Константиновна задала вопрос, который я совсем не ожидала от нее услышать.

- Доченька, скажи, а кто с вами тогда приезжал? Ваши друзья?

Я объяснила ей, откуда мы знакомы и почему приехали вместе. Женщина понимающе покивала головой, а потом нерешительно начала свой рассказ. После каждого предложения она смотрела на меня, будто спрашивая, верно ли все. Я по старой журналистской привычке кивала.

- Раньше, когда я молодая была, вот как вы. Тогда я была красивая, от женихов отбоя не было. Ну, так вот, тогда еще была жива бабушка, царствие ей небесное. Старшие не воспринимали ее всерьез, говорили, что дореволюционное воспитание сказалось на ней раз и навсегда. И мама всегда говорила, не верь ты ее россказням. Да и время тогда такое было. Никакого Бога, никакого черта, только социализм и светлое будущее. Я выросла. Вступила в комсомол, а все равно любила слушать бабушкины сказки. С ее слов выходило так, будто это и не сказки вовсе. Она все время упоминала знакомые мне с детства места или даже людей, живущих в нашей деревне. Некоторых из них она опасалась. Говорила, что сидит в них какая-то зараза, которую ни один доктор не вылечит. Она тогда нам говорила, что у них души нет, или она крепко спит. Мне было жутковато, но интересно. Правда люди, о которых она говорила, казались обычными. Так же как все они работали в поле, выходили гулять по праздникам, строили дома и растили детей. Только вот пакостей от них всегда бывало много. Не жалостливые были то люди. Но пуще них бабушка боялась Тех. Она так и называла их - Они, Ими, Те, Тех. Будто не решаясь назвать по-настоящему. Не было от них зла никакого, да могли они делать то, что другим людям не под силу. Жили они не в деревне, а на хуторе в пяти километрах. Среди других появлялись редко. Виной всему был их горящий взгляд. Чурались их люди, и со временем совсем перестали они сюда приходить".

Мое сердце выстукивало - бух-бух-бух.

"Да к чему это я. Когда я была совсем девчонкой еще, успела застать одного из Них. Помню, как у здания сельсовета играли мы с подружками, а он прошел мимо. Спина прямая, шаг твердый, а глаза... Ну будто у кошака ночью, если осветить фонарем. Тот прошел мимо. На нас даже не посмотрел. Прошел прямо к председателю. Не видела я его с тех пор, а в памяти моей он крепко остался. До того напугал меня тогда, что я потом неделю со двора нос не казала. Думала, за мной придет. Сказала вот, что не видела с тех пор. Ан нет, довелось на старости лет. В ту пору-то, когда я коня увидала, рядом с машиной той он и стоял. Я сначала не признала, а потом как обухом меня по голове ударило. И знаете, что? Вот какая я была, девчонка, а он уже тогда казался мне стариком. Сейчас я сама старуха, да вот он ни капли не изменился".

В кухне повисла тишина. Ни я, ни подруга не знали, что сказать. Мы изумленно переглянулись. А рассказчица продолжила.

"Я не видела лица других двоих, но кажется мне, девочки, что это те самые ваши друзья. Не было их в наших краях, а может, прятались хорошо. Да вот привели они с собой нечисть всякую".

Снова тишину в комнате нарушало только жужжание диктофона. На Женьку я старалась не смотреть, разглядывая украшенный этно-свастиками и ромбами самотканный ковер.

"Мне семьдесят семь стукнуло в декабре. Вот с тех самых пор так и полезли они, окаянные. Хоть и не вредят совсем, но страху от них! То домовой на тебя из-за печки глаза пучит, то девушка на берегу вся будто из лучей соткана, сидит, плачется. Боюсь я детям о том говорить, все равно не разглядят, а по врачам затаскают. Вы не думайте, девочки. Я не с ума сошла. Никому не пожелаю на моем месте оказаться. Каждую минуту боюсь, что Те за мной явятся. Как я вам начала рассказывать в прошлый раз, так сразу телефон то у них и затрезвонил. Только как ему зазвонить, если сети у меня в доме отродясь не было? Вот если во двор выйти, поближе к гаражу, тогда можно поймать антеннку. Оттуда я с вами и разговариваю".

Я увидела, как Женя полезла в сумочку за своим телефоном и тоже достала свой. Разблокировав, я увидела, что сети нет. Моя подруга так же недоуменно смотрела на дисплей своего аппарата.

- Я-то думала, мужика пришлют покрепче, да с головой. Может хоть разобрался бы. А ты, хоть девчонка умная, да сгубят Они тебя, как пить дать сгубят. И не вернешься ты к прежней жизни никогда.

Раньше, читая книги о приключениях, я часто встречала выражение "мороз по коже". Но никогда не могла представить, каково испытать это ощущение. Ноги и руки покрылись пупырышками, так, будто за окном не лето, а студеная зима.

По дороге обратно мы с Женей не разговаривали, смотрели каждая прямо перед собой. У самой базы отдыха она свернула с дороги и спрятала машину за высокими кустами. Мы вышли не сговариваясь, и сели прямо в траву у ближайшей березы. В нашей жизни творилась какая-то чертовщина, и ощущение было не из приятных. Нужно разобрать всю ситуацию по деталям и решить, стоит ли нам волноваться. За себя, или за свой ум. Горящие глаза, допустим, ерунда. Рассказы бабушки Елены Константиновны? А может у них это семейное, после семидесяти семи, слегка того? Отсутствие сети в доме старушки еще не довод, может тогда телефон просто случайно ненадолго попал в зону действия оператора сотовой связи? Фотографии. Олег объяснил нам, что они биологи и собирают образцы почвы для изучения. Допустим. Ведь мы знаем, где хранятся эти мешки. Даже мы с Женей прекрасно видели, что это не наркотики. Но он-то сказал нам, что были они там с Данилом вдвоем... А вдруг... В моей голове мелькнула совершенно безумная мысль. По глазам Женьки я поняла, что она думает о том же самом. Вдруг тот самый мужчина из рассказов Елены Константиновны, директор базы Янбаев? Под описание нашей новой знакомой он подходит точно. О нем никто ничего не знает. Известна смутная информация - занимается бизнесом и преподаванием. Достаточно ли этого, чтобы верить человеку? Сколько ни обсуждали, а к общему знаменателю так и не пришли. Тем временем стало вечереть, мы решили вернуться на базу.

Данила по-прежнему не было. Я взяла с Женьки слово, ничего пока не рассказывать Олегу и ушла переодеваться, оставив влюбленную парочку наедине во дворе.

После ужина я вернулась в номер, чтобы набрать материл. Установила ноутбук на подоконнике и принялась наблюдать за тем, что происходит во дворе. Вот в прачечную прошла Арина. Вот Олег и Женька пошли с дровами к беседке. Наверное, снова решили посидеть у костра. Время от времени мелькали другие постояльцы, но вот Данила, к сожалению, среди них не было видно. Через полчаса Женя крикнула мне, чтобы я спускалась и прихватила с собой ее куртку. Я пару секунд смотрела на чистый вордовский лист, на котором так и не набрала и слова, а потом решительно выключила компьютер. У выхода из гостиницы сидел знакомый рыжий кот. Увидев меня, он громко и требовательно мяукнул. Я наклонилась, чтобы погладить его, и сразу после этого услышала шаги из коридора. Повернулась, чтобы поздороваться, и увидела, что это не кто иной, как директор базы. Только собиралась проскользнуть мимо, вежливо поприветствовав старика, как он меня остановил.

- Простите, Лилия. Позвольте задержать вас на минуту.

Я с вежливым недоумением посмотрела на него.

- Может это не совсем правильно, но сегодня я услышал, что вы общались с моей соседкой. Бывшей соседкой Ковровой Еленой Константиновной, ведь так?

Я недоуменно на него посмотрела, откуда он знает?

- Да.

- Мы много лет прожили по соседству. И даже тесно дружили некоторое время. Отсюда и наше общее увлечение местными мифами и легендами. Нам о них рассказывала ее бабушка, с тех пор для меня это переросло в кандидатскую диссертацию, а для бедной Елены...

- Что вы хотите этим сказать?

- Возможно, нам лучше переговорить в моем кабинете. Тогда я смогу подробно рассказать вам обо всем.

Я колебалась пару секунд, потом согласилась и прошла за ним в коридор. За одной из типовых дощатых дверей с надписью "Директор" скрывался кабинет Янбаева. Обычное рабочее место: компьютерный стол, книжный шкафчик и приземистое кожаное кресло. Атмосфера светлая и уютная. Единственное окно распахнуто настежь. Он прошел и сел за свой стол, жестом пригласил меня устроиться в кресле.

- Меня направил сюда редактор газеты, в которой я работаю. Дело в том, что Елена Константиновна прислала нам письмо.

- И что именно она вам написала?

- Ну, о том, что ей мерещатся странные существа и люди вокруг.

- Что же конкретнее?

- Ей привиделся огромный, белоснежный, крылатый конь. Потом разные домовые, русалки, люди со светящимися глазами.

Странно, что на тот момент я даже не задумалась о причинах своей откровенности в разговоре.

- Именно этого я ожидал. Склонная к фантазиям Елена за годы одиночества перестала видеть грань между реальным и мифическим миром. В частности, она вдруг ополчилась против меня. Теперь, она утверждает, что я принадлежу к неведомой расе людей. Будто бы она видела меня много лет назад, а я с тех пор ни капли не изменился. Но мы росли с ней вмести, и утверждать это как минимум не совсем логично.

Я понимающе кивнула.

- Неужели дети не могут о ней позаботиться? Ведь ужасно, что старый, одинокий человек вынужден коротать последние дни без единой души рядом.

- У Елены Константиновны нет детей, единственная дочь умерла при родах. Она считает родными своих племянников.

- Ну, раз у нее есть племянники, значит, есть брат или сестра...

- Которых, к сожалению, давно нет в живых.

- Что же мне делать?

- Не воспринимайте все всерьез, никто не мешает вам опубликовать заметку. И, еще, не переживайте так за нее. Односельчане любят ее за доброту и простой нрав, заботятся о ней.

Я чувствовала облегчение и опустошенность одновременно. Несмотря на то, что ситуация разъяснилась, у меня возникло ощущение, что нам еще есть сказать друг другу. Чтобы поддержать разговор, я спросила у Янбаева про его научную работу.

- Действительно, как я упоминал выше, сфера моих интересов находится именно в области мифологии. Местный фольклор невероятно богат и интересен. На метафорическом уровне древние люди передавали свои знания о жизни и мироустройстве.

- Да, я читала о таком. Например, сказка о колобке на самом деле олицетворяет полный лунный цикл.

- Именно. Местные образы отражают некие верования, существовавшие среди башкир. Например, распространенный образ крылатого коня встречается почти во всех мифах и на самом деле олицетворяет мощь и красоту духа башкир. Или так называемая бисура, женщина в красных одеждах, несущая болезни и раздор, является отражением склочного характера.

Тут я кое-что вспомнила, и поделилась этим со своим собеседником. Меня слегка напугала и удивила встреча на берегу реки, кто та женщина? Директор посмотрел на меня из-под нависших седых бровей. Выражение лица трудно разгадать.

- В заповеднике? Сотрудников там можно по пальцам пересчитать, кто же это мог быть?

Я пожала плечами. В этот момент комнату наполнила резкая, немелодичная трель телефона. Директор долго искал по карманам и, наконец, нашел его в ящике стола.

- Да, я звонил. Какие новости?

Я вежливо смотрела в сторону, делая вид, что совсем не прислушиваюсь к разговору. Он довольно быстро положил трубку и спросил, почему я интересуюсь его работой. Из любопытства или мне правда интересно? Я честно ответила, что эта тема очень увлекательна. Он с улыбкой встал, достал из шкафа какую-то папку и протянул мне. Я открыла посередине и наткнулась на известную мне легенду.

- Вы знаете, получилось так, что я услышала эту историю еще до приезда сюда.

Директор удивленно поднял брови.

- Мне рассказала о ней одна женщина, точнее старушка, у которой я брала интервью. И еще она сказала, что ждала меня специально, чтобы рассказать это и заявила, что в пророчестве говорится обо мне.

Я посмотрела на собеседника с улыбкой, но его реакция показалось мне запоздалой. Сначала, он слушал меня с напряженным интересом, но потом его лицо смягчилось улыбкой.

- К сожалению, часто происходит так, что пожилые люди уходят от реального мира, спасаясь от одиночества среди сказок. Как наша с вами общая знакомая.