Ударил мороз минус двадцать пять градусов. «Пазик» сломался на По- чаинском съезде у Кремля. Пришлось до работы идти пешком. Лицо об­жигает. Хорошо, что впервые в этот сезон надел дублёнку. Шапку как-то однажды уже одевал.

Только сегодня принесли корректуру. Потеряна уйма времени. Коло­миец бы давно всё вычитал. Сходил и забрал макет у Геннадия Щеглова в Союзе писателей. Опять пешком. Показал его Алексею Марковичу, и тот сразу нашёл кучу ошибок. Правда, пришлось немного поспорить по поводу стихов Александра Шиненкова. Коломийцу они не понравились.

 

Уже больше минус тридцати. Всё равно пешком пошёл в типографию на Сормовский поворот. Просидели до вечера. Окончательно выправили макет, подписал его в печать. В целом я этой книжкой доволен. Сразу передал Михаилу материалы для следующего номера.

Мороз на прежнем уровне, но с Чёрного пруда до «Волгагеологии» всё равно шёл пешком. Правда, сегодня надел песцовую шапку и хорошо утеплился. Мёрзло только лицо. Совершенно исчезли автомобильные пробки, дороги заметно опустели. Это уже непривычно.

Звонил Борису Лукину. Поблагодарил за книги («Самое-Самое. Пять поэтов», где большая подборка стихов самого Лукина, и «Сочинения» Николая Рубцова. Книги вышли в издательстве «Российский писатель». Вторая при финансировании Правительства Вологодской области — так отметили юбилейную дату поэта.), которые вчера без меня привез­ли и оставили на вахте. М.И. Кодину (нашёл его по-сотовому) сообщил что журнал готов, и на следующей неделе его привезу. Хотя теперь уже знаю, что это вряд ли получится.

Владимир Занога в типографии подготовил обложку для журнала. А вечером с ним произошёл нервный разговор по телефону. Его эгоисти­ческая заинтересованность в воспроизведении собственных «картинок» меня выводит из равновесия, и я, к сожалению, становлюсь эмоцио­нально-несдержанным.

Пришло письмо от Олега Ник. Шестинского. Очень и очень тёплое. Весь сегодняшний день ходил с этим ощущением в душе.

Чижов принёс свой новый рассказ, но без меня (я ушёл к Пашкову). Прочитал рукопись и решил в следующем номере опять опубликовать подборку «Современный русский рассказ», где будут одни нижегород­ские авторы.

Позвонил Чижову и предложил встретиться, поговорить о дальней­шей судьбе журнала. Он знает о приватизации «Волгагеологии».

— Я беспокоюсь за тебя, — сказал Михаил Павлович.

Если ничего не изменится — в ближайшее время посидим и обсудим ситуацию на будущее. У меня есть по этому поводу некоторые сообра­жения.

Мороз прежний, но добавился ледяной ветер. Ко мне домой приходил Жильцов. Принёс «Православное слово» с моей статьёй. Отдал ему зака­занную им рецензию, книжку Коломийца и дал прочитать стихи Шинен- кова (помня наш разговор с Алексеем Марковичем), которые Владимир одобрил.

В офис пришло письмо из Москвы, из Синодальной библиотеки, с перечнем номеров «Вертикали» в их фондах и поздравлениями. В типо­графии работа с журналом идёт. Вывели на кальки. Значит, всё будут делать в офсете. Звонил и напомнил Щеглову о вёрстке «Сопротивления нелюбви». К работе он пока не приступал.

Пашков пригласил в «Веру» посмотреть сказку «Иван седьмой». Хоро­шие костюмы, декорации. И впечатление от спектакля хорошее. Потом долгое общение с актёрами — пустое и неинтересное. Столы накрыли в фойе. Сидели и в гримёрке за кулисами.

Несмотря на тридцатиградусный мороз, домой из театра шёл пеш­ком, накинув на песцовую шапку капюшон дублёнки, и потому было не холодно, а даже приятно.

Наконец-то температура поднялась до минус двадцати. В квартире у нас третий день холодно. Пол, ковры ледяные.

Дочитываю старый, 50-х годов роман Виктора Астафьева «Тают сне­га». В литературном плане книга слабая, коммунистически-политизиро- ванная. Но и в ней (категоричностью, раздражительностью) уже виден будущий Виктор Петрович.

Макет в типографии без движения, и я думаю, что со следующим но­мером к сроку не управлюсь. Хотя материалы собраны и даже набраны на компьютере.

Звонил в Питер. У Владимира Шемшученко в феврале юбилейный вечер в Союзе писателей на Комсомольском проспекте, 13. В голосе Ви­талия Розе озабоченность теперешним положением. Но он настроен на работу, готовит следующий номер газеты. Значит, всё преодолеют, най­дут выход из положения и новых благодетелей.

Попросил Алексея Марковича в начале следующей недели поехать в Москву. И Шестинского поздравить с днём рождения, и на поэтическом вечере Шорохова с компанией побывать, и журналы всем отвезти. Обе­щал подумать.

Никуда из дома не выходил. Писал о Юрие Адрианове — не ленясь и не отвлекаясь. Итог — семнадцать страниц. Но это только половина из задуманного.

Зашёл к Александру Пашкову. Опять говорили о возможности прове­дения в театре драмы вечера журнала «Вертикаль» и Клуба Н.И. Рыжкова. Перспектива очень интересная. «Нижегородские новости» готовы взять на себя информационное обеспечение, проведение пресс-конференции, приглашение гостей. Если удастся организовать выступление Героя России, лётчика-испытателя Анатолия Николаевича Квочура, то можно пригласить представителей завода «Сокол».

Из «Волгагеологии» позвонил М.И. Кодину. Опять какой-то непонят­ный, натянутый разговор. На прошлой неделе состоялось заседание Клу­ба. Попенял мне, что обещал я на этой неделе приехать, а не приехал, по­тому и на Клуб не попал. Условились встретиться во вторник в Москве. После такого разговора на душе тягостно.

Зато первые три главы из моих воспоминаний об Адрианове, уже на­бранные на компьютере, я прочитал и остался доволен. Хотя бы здесь мучавшие меня сомнения развеялись.

Заезжал Игорь Преловский. Оказывается, во вторник он едет в Мо­скву на машине и готов меня взять с собой. Если получится, то это удач­но.

Уже вечером из типографии привезли сто штук журналов. Сразу рас­пределил часть из них по конвертам и отнёс в ящик для почты. Позвонил Володе Заноге. Сообщил о выходе журнала, да и недоразумение, случив­шееся между нами, развеял. Оно мне было неприятным.

Утром заехал Борис Лукин. Главная новость — они с поэтом Алексе­ем Шороховым начинают издавать ежемесячный литературный журнал. Средства Борис нашёл.

Пригласил его вместе поехать в мастерскую к Заноге. Я обещал Вла­димиру привезти журналы, ну и всё это как-то можно совместить. В пятом часу вечера за мной заехала машина, Борис с другом ждал нас у Малиновой гряды. У Владимира смотрели его работы, он рассказывал о них, комментировал — пейзажи, натюрморты и даже «Несение креста». Распили бутылку виски, обменялись впечатлениями и распрощались.

Передал Заноге десять штук «В-15» и рамку для работы, которую он мне хотел подарить.

Ещё днём звонил Валентин Арсеньевич Николаев. И он обеспокоен, что в «Волгагеологии» грядут перемены, которые могут закончиться от­ставкой Коломийца, а «Вертикаль» потеряет свой офис. По этому поводу я встречался у себя с Чижовым два дня назад. Говорили обстоятельно о финансировании. Михаил Павлович надеется, что его хорошие знако­мые в городах области (главы администраций) помогут. Я к этому отнёс­ся скептически. Но может быть, всё-таки что-то и получится. Человек он ответственный. К тому же Коломиец, как мне кажется, от нужд «Верти­кали» в связи с грядущей приватизацией полностью отстранился.

Посмотрим, какие результаты будут от моей поездки в Москву.