Входит Иммаколата.

Иммаколата. Раз уж ты здесь.,, в кухне из крана капает.

Пойди посмотри, может, починишь раз и навсегда! Сле­сарь! {Выходит.)

Тито. Конечно, она кого хочешь выведет...

Марчелло. Всё так... но в глубине души...

Тито. Ну, уж очень в глубине! В такой глубине... Послушай, Марче, скажи спасибо, что она твоя жена... Не будь она твоей женой, я бы ее так припечатал, что слышно было бы в Ватикане... Не знаю, как ты терпишь...

 

Марчелло. Я же тебе говорю: она так разговаривает, потому что...

Тито. Уж как разговаривает, так и разговаривает. Хуже неку­да. И какого лешего, спрашивается? Что она себе позво­ляет?! Она что, не помнит, как...

Марчелло. Ти, давай не будем об этом. Ты не представля­ешь, сколько нервов мне все это стоит!

Тито. Ведьма. Чисто ведьма!

Марчелло. Знаешь, что я тебе скажу? Покупай мне билет, Ти. В воскресенье пойду с вами.

Тито. Но мы, Марче, мы ведь пойдем на вираж[1]! Марчелло. За кого ты меня принимаешь? Конечно, пойдем на вираж. Ты когда-нибудь видел меня на трибуне? Сла­ва Богу, что в этом году играет Да Коста, если б не он... Тито. Да уж, а то этот полудохлый Нордаль... а северяне-то так тихо-тихо да и вставили нам перо... Выпотрошили его под чистую. А то приехал, понимаешь, на курорт! Посмотри на него, он уже и бегать-то не может. Пешком ходит. Ладно, пойдем взглянем на этот кран, а то она опять меня с дерьмом смешает!

Выходит в дверь, которая, по всей видимости, ведет на кухню. Марчелло идет за ним.

Марчелло {выходя). Есть еще этот, молоденький... как его...

Лози! Маленького росточка, но мне нравится...

Тито {голос за сценой). Лози? Лози — молоток! Все бы так за­жигали...

Проходит несколько секунд. В гостиной пусто. В дверь звонят. Никто не идет открывать. Снова звонок в дверь.

Иммаколата {голосза сценой). Ты откроешь? Это граф. Сна­чала маркиз, а теперь — граф.

Марчелло (пересекая сцену). Иду... {Доходит до входной двери. Смотрит в глазок. Издает приелугиенный крик.) А-а-й-а-а!!! (Ом как будто увидел привидение. У него подкашиваются колени. Со­бравшись с духом, он еще раз смотрит в глазок.) А-а-а-а-а

Снова раздается звонок. Марчелло в ужасе. Как если бы он уви­дел призрака.

Иммаколата {голосза сценой). Ты откроешь или нет?

Снова звонят в дверь. Она выходит на сцену.

В чем дело? Все я должна...

Видит Марчелло, почерневшего от ужаса.

Что с тобой?

Марчелло бормочет что-то нечленораздельное и показывает на дверь. Иммаколата подходит к двери и смотрит в глазок.                                           

О Боже! Мамма миа!!! (Закрывает себе рот рукой.) О Бо­же! (Ещераз смотрит в глазок.) И как же теперь? Марчелло (обреченно). Я же тебе говорил... Я же говорил, что рано или поздно... Боже мой, Боже мой...

Снова звонят в дверь. Марчелло собирается с силами и направ­ляется к дверям.

Иммаколата (останавливая его). Стой! Не открывай. Тсс...

Знаками показывает ему, что он должен молчать. Подходит к глазку. Смотрит наружу. В этот момент в дверях появляется Тито.

Тито. У меня кончилась пакля. Пойду схожу за ней...

Иммаколата и Марчелло разом оборачиваются и смотрят на него.

Кто там? Что случилось? Иммаколата (шепотом). Тсс... Тито. Что я такого сказал? Пакля... лась...

Тито. Ну, вы меня уже за...Иммаколата Тихо... Помолчи...

Иммаколата бросается к Тито и закрывает ему рот рукой.

Иммаколата. Молчи, молчи. (Шепотом, обращаясь к Марчел­ло.) Тсс... И убери звук в телевизоре.

 

[1] Вираж — каскад секторов на северной трибуне за воротами, где соби­раются особо активные болельщики.