• Ой, какие они миленькие! - с восторгом маленькой девочки восхищалась леди Рейн. - Наверное, пушистые... С ними так весело!

Когда проезжали окраиной деревни, она все рвалась поближе к людям.

  • Я хочу посмотреть, как они живут! - при свете дня ее было почти не видно, слышался только дрожащий от возбуждения голос. Да еще, если присмотреться, над дорогой колыхалась радужная дымка, словно взвесь капелек воды. - Мы остановимся где-нибудь?
  • Зачем?
  • Как - «зачем»? Я хочу все-все увидеть! Мне все так интересно! - фру Рейн пробежалась по дороге, влетела в лужу и подняла тучу брызг. - Людей, зверей, птиц... Ой, смотри! Колесо валяется!
  • Вы никогда не видели колес? - изумился юноша.
  • Таких - нет, - отозвалось привидение, опять ставшее

невидимым. - В то время, когда я была живая,таких колес не было. В то время многого не было. Ну, давай заедем к кому- нибудь из крестьян! Ты попьешь вина или молока, а я просто осмотрюсь!

  • Мы торопимся в город, - отрезал Дитрих.
  • А город больше, чем деревня? А там сколько живет народа? А дома в нем такие же, как здесь или другие? А на улицах у них что? - мигом засыпала фру Рейн своего спутника вопросами.
  • Вы сами все увидите. Кроме того, как не будем торопиться, а переночевать нам где-то на постоялом дворе придется, - утешил ее юноша. - До заката в Зверин мы доберемся, только если будем гнать коней во весь опор. Да и то, боюсь, для этого мы выехали достаточно поздно.
  • Переночевать на постоялом дворе? - фру Рейн завизжала от восторга так пронзительно, что лошадь под Дитрихом шарахнулась, ласточки с воплями кинулись врассыпную, а слуга юноши от неожиданности вовсе сверзился с седла.
  • Переночевать на постоялом дворе, - мечтательно протянуло привидение. - Это, наверное,так интересно... А что такое «постоялый двор»?
  • Вы не знаете?
  • Нет, - она погрустнела. - Я вообще мало, что знала при жизни. Знаешь, наследник, сколько мне было лет, когда я умерла? Восемнадцать! Из них четыре я прожила в Цоннемарке и лишь изредка выезжала — в крытых носилках, окруженная свитой. Я почти всю жизнь провела взаперти - сначала в замке моих родителей, а потом в замке мужа.
  • Извините, - пробормотал Дитрих. Он вдруг почувствовал себя неловко. В самом деле - он свободный человек, не обремененный семьей и детьми, мужчина двадцати двух лет, свободно владеющий оружием и умеющий кое-как лечить болезни. Он довольно обеспечен, так что ему можно с таким списком поступить в рейтары к любому эрцгерцогу или даже владетельному князю в войско. А то и попытаться сделать карьеру при дворе того же эрцгерцога. Он может даже уехать в другую страну - да хотя бы в дикую Московию или далекую Вест-Индию! - и там попытаться начать жить сначала. А она... Пятьсот лет просидеть на одном месте, не видя ничего, кроме одних и те же стен, одних и тех же лиц... О переменах в жизни догадываться по чужим разговорам, о новостях узнавать, подслушивая чужие сплетни... Немудрено, что большинство привидений в старинных замках мрачные и озлобленные сущности и совершенно не умеют общаться. Мэтр Сибелиус даже как-то раз ввернул латинское слово «деградация», то есть «вырождение». Фру Рейн не деградировала просто чудом. А много ли надо слабой женщине?
  • Но теперь ты мне все-все покажешь, наследник? - фру Рейн проворно заскочила на холку коня, устроилась там, болтая ногами и мигом промочив юноше штаны на коленях. - Я ужасно хочу посмотреть мир!
  • Весь?
  • Ну... я не знаю. А он очень велик?
  • Да, - подумав и вспомнив названия всех известных ему стран, сказал Дитрих. - Польша, Галлия, Британия,

Шотландия, Испания, Московия, Османия, Индия, - начал перечислять он. - Есть ещё Голландия, Померания, Венгрия...

  • Хочу-хочу-хочу! Хочу увидеть все! - захлопала в ладоши фру Рейн.
  • Все объехать невозможно. Знаете, сколько на свете стран? Я не назвал Норвегию, Тартарию, потом есть еще где-то Африка, Вест-Индия... Ну, я всех не помню.
  • Ну, хоть некоторые, - судя по голосу, привидение скорчило умильную рожицу, и Дитрих даже порадовался, что при дневном свете его собеседница кажется просто мутным пятнышком.
  • Ну, я постараюсь, - пообещал он.
  • Здорово! - что-то холодное коснулось щеки. - Мы объедем

сперва одну часть мира, а когда ты станешь старым, и тебе придет пора умирать, вернешься в замок и передашь кольцо своему наследнику. Я укажу, которому...

  • Но... - Дитриху было всего двадцать два года, и смерть пока не входила в его планы.
  • Не переживай, это будет ещё не скоро! Так вот, когда ты передашь кольцо своему наследнику, мы отправимся с ним смотреть вторую часть мира. А если не успеем с ним - то уже с его наследником я отправлюсь дальше. И так до тех пор, пока не увижу весь-весь мир! Правда, здорово я придумала?

Дитрих не ответил. За разговором они отъехали от деревни и теперь проезжали полями. С одной стороны раскинулись поля, где крестьяне собирали хлеб, с другой - луговина, где вдалеке бродило стадо. Поблескивало голубое пятнышко - то ли озеро, то ли изгиб реки. А впереди, клафтерах в двухстах, уже вставал лес. Миновать его было нельзя - где-то там в лесу был поворот на Зверин. И там же в лесу ждал его лесной царь.

Юноша придержал коня.

  • Э-э... фру Рейн, мы, кажется...
  • Заблудились?
  • Нет, но кое-что упустили.
  • Что именно?
  • Лесной царь. Он ждет вас. В жены. Я же обещал и... и получается, что... я как бы... ну...

Звонкий хохот его спутницы заставил вздрогнуть и коня,и всадника.

  • Ой, ну и напугал, - отсмеявшись, воскликнула фру Рейн. - Толъко-то? Не бойся, наследник, я с ним разберусь!
  • Вы уверены?

Но привидение только отмахнулось и уютно устроилось на крупе его коня. Когда она сидела за спиной, было даже лучше. Солнце светило в затылок, и благодаря сырому холодку, струящемуся от призрака, было не так жарко.

В лес Дитрих въехал с особенным чувством. С одной стороны, он трепетал перед мощью и властью лесного царя, а с другой стороны ощущал себя под защитой существа более могущественного, чем оно желало показаться. С ним ничего не должно случиться - это он помнит твердо. Лес добр к человеку, который не нарушает его законов и уважает покой местных жителей. Но фру Рейн? Она как-то подозрительно притихла. Разве что неприятные ощущения от пропитавшейся водой куртки позволяли определить, что фамильное привидение все еще здесь. Да и сидеть в мокрых штанах было не слишком удобно. Солнышко скрылось за деревьями,и в мокрой куртке стало неуютно. Может, разжиться для нее мулом? Навьючить часть вещей и пусть едет на узлах с добром... Но что-то подсказывало, что это глупая идея. Фру Рейн, как выброшенное на улицу домашнее животное,тянулось к человеку во всех смыслах этого слова.

- Поезжай помедленнее, - тут же услышал он ее шепот. - Я никогда не была в таком лесу... Даже жаль, что могу только смотреть и слушать. А ведь есть ещё запахи... Тут, наверное, так пахнет листвой, цветами... чем еще?

Дитрих пожал плечами, придерживая коня. Для него лес даже сейчас оставался просто скоплением деревьев, кустов и травы, среди которых жили разные звери и птицы, а также духи и прочая нежить.

До поворота и указателя добрались благополучно. Здесь фру Рейн предложила немного задержаться. Соскользнула с крупа лошади, прошлась туда-сюда, словно выискивая что-то в траве. Дитрих следил за нею настороженно. Что задумала его прародительница? Г оворят, женский ум горазд на всякие уловки. Хитрость - оружие слабых женщин.

Их окружали деревья, и Дитрих не мог отделаться от мысли, что они не просто стоят - они столпились вокруг и внимательно наблюдают за чужаками.

Отовсюду - справа, слева, даже снизу от земли - ощущались пристальные взгляды.

Даже птицы и мелкие насекомые, казалось, порхали тут не просто так, а нарочно подбирались ближе, чтобы получше рассмотреть пришельцев и донести до лесного царя весть о том, кто явился в его владения.

Из чащи донесся пронзительный крик какой-то птицы. Похоже, филин. Днем? Или уже вечер? Под кронами сгущались сумерки. В мокрой куртке стало совсем неприятно и холодно.

  • Поехали, фру Рейн! - окликнул юноша свою спутницу, которая, как девочка, прыгала между кустами. - Уже поздно!
  • Но мне тут так нравится! - она упала в траву и покатилась по ней, не сминая стебельков. - Ой, щекочется...
  • Фру Рейн, мы торопимся!
  • Никогда не поздно остановиться, - парировала та. - Ибо, если торопиться, можно пройти мимо цели.
  • Но мы хотели попасть на постоялый двор, - напомнил юноша. - И потом,тут где-нибудь бродит Вельдеркёнг. Мне кажется, эти деревья наблюдают за нами!

Слуга окинул взглядом лес и набожно поцеловал оберег, висевший на шее.

Фру Рейн испустила тяжкий вздох и поднялась из травы.

  • Знаешь, наследник, я бы могла провести тут несколько дней. Я так давно не была вне каменных стен... Даже обидно - вы, смертные, просто не замечаете того, какая красота вас окружает! Ладно, поехали...

Но забираться на лошадь призрак отказался - пошел легкой плывущей походкой по обочине. Вернее, не столько пошел, сколько полетел, перебирая ногами больше для вида и слишком старательно. Но, вопреки утверждению, что не надо торопиться, двигался он так быстро, что Дитриху несколько раз приходилось пускать своего коня рысью, дабы просто держаться вровень со своей спутницей.

Лес вокруг с каждым клафтером становился все гуще и мрачнее. Деревья шевелили ветвями, шептались о чем-то между собой. Птицы шныряли в их кронах как-то очень

деловито, а несколько раз за кустами мелькали какие-то бледные тени. И, хотя до заката было еще немного времени, уже казалось, что наступила ночь. Удивительно светлая, колдовская ночь.

Дитрих невольно сунул руку под рубашку, нащупывая оберег на шнурке. Обычно лесные духи не нападают на людей - они могут разве что напугать, а уж напуганный человек сам себе способен цавредить больше, чем эти сущности, вместе взятые. Побежит, сломя голову и не глядя под ноги, споткнется, сверзится с обрыва, а потом будет врать, что его столкнули.

Или выпьет лишнего, начнет ему мерещиться всякое, а потом придумывает, что это его нечисть мучила. Но то-то и оно, что, кроме безобидных лесных духов, есть те, кто подчиняется самому Вельдеркёнгу. И уж встреча с этими сущностями не сулит человеку ничего хорошего. Особенно, когда им приказал сам лесной царь. Истории об умерших девушках и детях, которых якобы позвали дочери лесного царя, не на пустом месте родились!

Дитрих «утешал» себя подобным образом до тех пор, пока вдалеке, уже в сумерках, не показался слабый огонек. К тому времени он уже несколько раз готов был к встрече с Вельдеркёнгом, принимая за него то корявый пень, то тень от камня. Фру Рейн плыла рядом,то ценадолго исчезая за деревьями, то смирно держась у стремени его коня.