Секса нет 2

Дождь прошел. Влажно. Сыро. Хоста развернула сине-зеленые листья в разных углах сада.

 

рекомендуем сервисный центр

 

Ландыши. Какие-то непонятные колокольчики. От бабы Зины их явно навеяло. Пахнет хорошо. Водой, старой прелью, новой травой. Орех приготовил сережки. Накидает их скоро везде. Май.

 Надо найти человека, чтобы он ухаживал за садом, - сказала я Мареку уже раз в двадцатый на моей памяти.

 Не. Зачем нам чужие люди? Я сам подстригу траву, - ответил он мне тоже самое. В двадцать первый раз.

Блондин что-то делал, когда у него случалось настроение. Но все это никуда не годилось. Наша территория зарастала диким и культурным разнотравьем этой щедрой на дожди весны. Билл получал от такой жизни колоссальное удовольствие, носясь кругами и восьмерками по саду. Прибегал на веранду мокрый, пахучий и счастливый. Садился в дверях кухни. Марек не разрешал ему входить в дом в сыром виде. Ждал терпеливо свой бутерброд. Ловил его на лету и проглатывал мгновенно, не жуя.

 Ты хочешь парня лишить удовольствия? Да? Признайся? - Марек отстаивал свою позицию в деле о садовнике, - Нам так хорошо втроем. Да, Билка? Никто нам не нужен. Сейчас сопрем ключи от джимни, смотаемся за жратвой. Купим пива и будем весь вечер таращиться в телек.

 Таращиться в телек? Вечером в пятницу? Что-то в лесе сдохло, раз ты сидишь дома, - усмехнулась я.

Что-то там происходило между Мареком и его приятелем. Он не рассказывал. Я не лезла. Захочет, поделится. Никогда не бывало с ним по-другому.

 Мне и дома хорошо, - заявил мой друг.

 Не смей раскатывать по городу на джимни. Лейтенант Петров отловит тебя в шесть секунд. Подставишь меня на штраф и другую ерунду, - я вышла из коридора на свет кухни.

Марек присвистнул.

 Куда это ты так вырядилась? - он обошел меня кругом. Махнул светлыми патлами. Не одобрял.

 Пепе прилетает, - я не успела поймать блондина за руку. Он ловко выхватил шпильки из моих волос. Те разлетелись по плечам. Отросли. - Отдай!

 He-а. Мне не нравится эта глупая куля на твоей голове. Тебе не идет. Пепе примчится сегодня? В пятницу? Не в субботу? Это любовь, детка, скажи? - Марек легонько шлепнул меня по попе. - Ой! Шлепни меня в ответ, а то отобью твоего ненаглядного!

Марек веселился. А глаза грустные.

 Он просто соскучился. Мы не виделись три недели. Как тебе мое платье? - я знала, как он любит поговорить на эту тему. Пошла к зеркалу делать лицо.

Блондин потащился следом.

 На соскучившуюся девушку не тянет совсем, - он встал за спиной, чтобы придирчиво следить за моими манипуляциями.

 Ты не секси, детка. Красивая женщина. И только. Это, ясное дело, не мало. Но на подругу, замученную разлукой, ты не похожа. Не хочешь свидания?

Вот мелкий гаденыш! Выучил меня абсолютно. Не хуже, чем я его.

 Хочу! - заявила я упрямо. Сделала яркие стрелки на веках.

 Ах-ах-ах! Вы только посмотрите на эту лисичку-сестричку!

 ржал Марек над моим макияжем. - Слопать хочешь бедного Пепе-петунжа? Давай-давай! Посмотрю, что у тебя получится!

 Чего ты добиваешься, Маречек? Моя маленькая мышка- норушка в грустях? Желает, чтобы весь мир стал страшной скучной сказкой? - я не устояла перед соблазном. Прикололась над печалью в его измученных очах.

 Желаю! - парнишка сел на выступ в стене. - Он меня стесняется!

 Кто? - я сделала непонимающий вид.

 Андрюха, - Марек вздохнул. - Как ты считаешь, человек может любить и стесняться одновременно?

 Человек все может. Вы поссорились? - я погладила его по щеке. Смешной румянец проклюнулся вслед за моими пальцами. Марек умел краснеть легко.

 Нет. Он сказал, что не может встречаться в выходные. Занят. Прямо, как ты. Что ты врешь Лёне про уикэнд? - Марек мстительно хмыкнул.

 Ничего, он первый сказал, - я сделала серьезное лицо в попытке изобразить Перельмана, проговорила басом: - Я должен уделить время семье, Ольга.

Марек заржал.

 Слушай, детка. А ведь он тебя стесняется тоже! Как мой Андрюха - меня. Класс! Вот это мы попали с тобой, детка! Давай пошлем их всех в жопу! - блондин так громко смеялся, что казалось вот-вот расплачется.

 Да ладцо тебе париться, малыш Нельзя же видеться дни и ночи напролет. Я с Ленечкой рекорд поставила в отношениях. Три недели без перерыва на сон. После Витька я не с кем не встречалась столько суток подряд. Мама Перельман уже загнала спички в мою восковую копию. И подожгла. - я повернулась кругом возле старого зеркала. Синее узкое платье от колен до запястьев. Из украшений - только щель выреза на спине. И никакого белья. Резинки чулок сквозь тонкий трикотаж в состоянии угадать только специалисты. Покрасила влажные губы в розовый глянец. Пожирнее и погуще.

 И ты смеешь сказать, что я не секси? - я сделала руки в боки, выставила ногу вперед. Ридикюля мне слегка не хватало на локте, как у Мазины в вечном кино. - Неси свою задницу сюда, бамбино каттиво! Рагаццаччо блондино! Я тебя отшлепаю!

 Ага! - блондин пребольно приложился к моей попе немаленькой ладошкой. Побежал на веранду, орал,

оглядываясь: - Вот так припрись сейчас к Ленечке в семью. Отшлепай там кого-нибудь!

 Отстань, балбес! Я поехала! Веди себя прилично. Соблюдай правила! - я проигнорировала последний пассаж дунжи- Мареца. Никто меня не стесняется. Я сама решаю, что и как в моей жизни.

В Милане гремела майская гроза. Пьетро слонялся по переполненному аэропорту и желал трепаться по фейстайм. Я сделала вид, что связи нет. Не слышу я. И не вижу. Вот прилетит,тогда и станем общаться. Придурочный блондин украл все-таки мое настроение. Я не расстроилась. Легкость ушла. Словно я не на приятное свидание примчалась, а притащилась на скучную, сотни раз повторяющуюся работу.

Сделала я глупость несусветную. Приехала в аэропорт, не сверившись с новостями. Пьетро торчит в плывущей по колено в проливном дожде Италии. Я здесь. Куда, спрашивается, девать четыре часа? Или все пять. Ехать обратно? Никакого смысла. Остается только медитировать. Ждать, то есть.

От нечего делать пошла бродить по магазинам. Купила трусы, джинсы, майку. Лифчик фиолетовый. И кеды. Сняла с себя, мстя неизвестно кому, пафосное платье и чулки. Запихала в яркий пакет. Отправила туфли туда же. Вот! Из зеркала примерочной на меня смотрела сердитая барышня-тинэйджер. Так тебе и надо! Снова. Кому? Направилась в кафе. Сожру шоколадное мороженое и стану счастлива.

рекомендуем сервисный центр

 Здравствуйте.

Я отклеила глаза от расползшейся коричневой жижи в креманке. Мой ровесник или чуть старше. Бежёво-песочный камуфляж. Погоны. Старший лейтенант? Серые глаза в густых коротких ресницах. Робкая улыбка. Загар и мягкая хрипотца. Что?

 Мой сотовый разрядился. Вы позволите позвонить? Мне нужно в Рязань. Я заплачу, - он морозился растерянным взглядом в розовый глянец моих губ.

Я толкнула указательным пальцем к лейтенанту айфон по стеклу столешницы. Разблокировка. Набор номера. Спасибо- спасибо. Мяу-мяу. Кровь побежала в кончики пальцев. Сразу в ноги. Стало жарко. Я забыла это ощущение. Утратила. Когда ушел Иван, поцеловав меня в лоб на прощанье. Безнадежные и бесконечные попытки с Леней не привели ни к чему. Я даже вообразила, прячась от себя самой, что влюбилась, наконец-то. Фигня!

 Привет, мама! Я уже в Городе, - парень в полевой форме чуть отвернулся в сторону. Сильная шея, четкая линия нижней скулы. М-м-м! я поставила локти на стол, опустила лицо в ладони и любовалась. Ну, скажи ещё что-нибудь, золотце! Он говорил. Я провела пальцами по затылку, расправляя волосы. Хорошо! Лейтенант был весь в общении с мамочкой. Да и не в нем дело. Я оживала. Заветная пружина напрягалась во мне. Погнала кровь от пальцев к центру. Когда он сказал: «Целую, ма. До встречи!».

 Как погода в Рязани? - я улыбалась.

 Не знаю. Я забыл спросить, - смущенно ответил парень. Покраснел.

 А мама?

 Успокоилась, вроде. Знаете, она такая беспокойная... - он рассказал, розовея, как его замечательная мама умудряется отыскать его во всех закоулках мира и командировках.

Счастливые люди кругом! У всех есть мамочки.

 А вы улетаете? Провожаете? - его сообразительность била все рекорды.

 Встречаю. Но, очевидно, это безнадежное занятие. Циклон над Европой.

 Я должен вам деньги за разговор, - начал, смущаясь опять, лейтенант. Прелестно это у него выходит. Пять баллов!

 Разумеется. Купите мне цофе-глясе и миндальное пирожное, - сказала я. Интересно мне было посмотреть, что делать станет. Одна только песочная финтифлюшка в местных ценах перекрывала телефонный разговор втрое.

 Хорошо, с удовольствием, - ответил человек. Полез в карман на левом предплечье. Боже. Сколько у него карманов везде.

 Стойте. Не надо. Вы в город или? - я едва удержалась, чтобы не схватить его за руку. Сердце билось в унисон с желанием. Желанием чего? Просто билось. Как будто ему двенадцать, и оно вдруг поняло, что мальчики - это точно другие люди.

 Я хотел съездить домой, но нам перенесли вылет на восемь утра, - мужчина в камуфляже беспомощно признавался в военных тайнах. Глядел в меня на все согласной надеждой.

 Сейчас только девять вечера. Я предлагаю поехать в Город. Я знаю пару вкусных мест. Прогуляемся. Твой рейс и мой Милан отложены до утра, что же пропадать здесь от скуки? - я поднялась с места.

 Я должен доложить, - признался мне офицер, бог знает, каких войск.

Мы пошли сквозь толпу. Уши моего кавалера горели, как факелы. Интересно-о!

Перед дверями лифта он остановился. Оглядел меня с ног до головы. Кивнул сам себе. Решился.

 Подожди меня здесь. Пожалуйста, - коротко взглянул в лицо и шагнул в кабину.

 Прилетаете-улетаете? - мягкий голос подобрался сзади.

Я притворилась глухой.

 Не говорите по-русски? - запах коньяка и тяжелого парфюма надвинулся.

 Я жду своего друга, - заявила я, не глядя. Ищет профессионалку или просто кидает шар на удачу?

 Может быть, примете меня в друзья? - мужик под сорок в пальто, с чемоданом и подшофе. Ухмыляется сальными глазками.

 Спасибо, нет.

 Почему ты такая злая девочка? Такая красивая и такая сердитая? - мужик попытался схватить меня за руку. Перегар повис в узком помещении.

Ни одного человека. Куда они все исчезли? Терминалы битком набиты. В гостинице аэропорта нет свободных мест. А здесь вымерло все.

 Ну че ты кобенишься, кукла? Пошли со мной. Все у тебя будет. Я щедрый и ласковый. Бабки есть, - он вытащил из кармана комок мятых пятерок. Две увесистые золотые печатки не прятали синих перстней на фалангах. - Сколько скажешь, столько дам.

 Отвали, придурок! - я не стала ничего придумывать. Сделала пару шагов к входным створкам.

 Да ты дерзкая! Сучка малолетняя, - он бросил чемодан на цементный пол. Распахнул пальто. Дернул ремень на брюках. Пер на меня быком.

Я растерялась. Не может быть. Кругом камеры, пассажиры, менты. Гул тысяч разговоров и рев двигателей лезет в уши сквозь стены в желтой краске. И никого. Этот вонючий урод,того и гляди, вставит мне прямо тут у лифта. Мы одновременно положили руки на штангу дверной ручки.

 Давай не будем кипишить, кукленок, - его мокрые губы почти дотянулись до моей щеки. Измазали непереваренной водкой.

Двери лифта разошлись. Гора песочно-желтого камуфляжа. Военные люди заполнили собой тесный предбанник. Пауза.

 Что-то происходит? - спросил квадратный усатый майор.

 Мне наверх! - в долю секунды мужик запахнул пальто.

рекомендуем сервисный центр