• Ты понимаешь, что натворил?
  • Профессор, я...
  • Я тобой недоволен. Неизвестно, что предпримет мастер Груви, но, если что, знай - во всем виноват ты. Только ты сам и больше никто! Ступай. Я занят.

Торвальд попятился к дверям.

  • Но профессор, а что будет с Динкой?
  • Иди уже. Иди!

Дверь скрипнула, закрываясь. Он отложил перо, привстал, сделал пасс, зачаровывая комнату, чтобы ни у кого не возникло ни малейшего желания снова к нему заходить. Надо подумать. Надо как следует подумать. Этот Груви лезет не в свое дело.

Он вечно куда-то сует свой нос, вечно кого-то о чем-то расспрашивает. Он начинает мешать. С этим надо что-то делать.

Приняв решение, он придвинул чистый лист и, оставив место для заголовка, сразу начал с главного:

«Довожу до вашего сведения, что присланный вами и по вашей рекомендации принятый на должность педагога на подмене Згаш Груви, именующий себя братом Груви и учеником инквизитора, ведет себя неподобающим образом. А именно - пренебрегает прямыми обязанностями педагога, вносит смуту в коллектив, применяет к студентам и аспирантам недозволенные методы (чары принуждения, угрозы). Кроме того, он замечен в пьянстве, порче казенного имущества и нарушении дисциплины. Кроме того, его заявления о том, что на самом деле он - инквизитор, работающий под прикрытием, деморализует молодежь. Прошу разобраться с этим, поскольку на замечания руководства он не обращает внимания».

Дата, подпись. Интересно, мастер Г руви, что вы сейчас запоете, когда по вашу душу явятся проверяющие из Совета Г ильдии?

  • k it it

Наконец-то день закончился! Прозвенел последний колокол,и я с легким сердцем отпустил студентов. Первый курс оказался самыми благодарными слушателями - я мог нести любую чушь, они все принимали за чистую монету. Нет, конечно, откровенно врать не стал, но если уж брякал что-то не то, то не спешил исправиться, а продолжал, как ни в чем не бывало. Ну, скажите, разве есть разница между солярными и соляными знаками? А правда, что пентаграммы могут быть круглыми и квадратными? И что их чертят только кровью? Вот! А вчерашние мальчишки и девчонки всему поверили. Даже неудобно перед детьми стало.

Именно это чувство - стыда перед ученицами - загнало меня в библиотеку.

Добрался я туда только перед самым закрытием, когда уже библиотекарша начала выгонять из читального зала последних посетителей, но на абонементе ещё толпилось несколько человек. В общем-то среди учебного года, когда до экзаменов еще много времени, сюда мало, кто заходит. Нас оставалось только трое - и ещё один парень отчаянно что-то переписывал из толстого фолианта на длинную полосу пергамента.

  • Времени ос-сталось мало, - прошипела библиотекарша, скаля зубы. - Надеюс-сь, вы это понимаете?
  • Вполне понимаю, - кивнул я. - И заранее составил список, чтобы не тратить времеци на поиски.
  • Спис-сок?
  • Да, - я протянул ей бумажку.

Какое-то время она изучала мои каракули.

  • Минуту, - сообщила затем и важно кивнула студентам: - Книги с-сложите сюда, на с-стол. И не с-смейте ци к чему прикас-саться! Можете быть с-свободны!
  • Но, - парень и девушка, судя по зеленым отделкам накидок,то ли целители, то ли ветеринары, переглянулись, - нам надо... Внутреннее строение драконов и сборник тестов...
  • Завтра! Приходите завтра!
  • Но завтра у нас контрольная! Мы хотели всю ночь готовиться! - завопили студенты хором.
  • Ранын-ше надо было заботитьс-ся, - оскалилась библиотекарша. - Поздно! Мне еще книги рас-ставлять и охранные чары накладывать!
  • Но ему вы книги сейчас отберете, так почему бы не прихватить и для нас? - не сдавались студенты. - Мы можем даже сами за ними...

Змея Особо Ядовитая взвилась так, словно ее ударили.

  • Нет! - завопила она, взмахнув руками. - Ни за что! Ни одна пос-сторонняя нога не с-ступит сюда без моего разреш-шения! Прочь! Пош-шли прочь!

Парень и девушка попятились.

  • Но... он же...
  • Он - учитель! - отчеканила библиотекарша и, гордо вскинув острый подбородок, важно уплыла прочь.

Мне стало жаль студентов. Кроме того, хотелось поговорить со Змеей с глазу на глаз, не теряя времени. Подмигнув заметно сникшей парочке, прошептал:

  • После отбоя зайдите ко мне. Комната под номером двадцать шесть. Кое-что подберем!

Они просияли и умчались со всех ног.

Минуту спустя между стеллажей показалась Змея Особо Ядовитая. На вытянутых руках, как священную реликвию, она несла три книги.

  • Вот. Вс-се, что есть, - добыча легла передо мной на стол. Беглого осмотра оказалось достаточно, чтобы я понял - самой главной, самой нужной книги «Основы пентаграммостроения» не было.
  • А «Основы...» есть?
  • Ос-стались только в читальном зале. Не на вынос! Приходите завтра.
  • Но мне она нужна утром, перед первой лекцией.
  • Ничего не з-знаю. Вс-се завтра.
  • Понимаю. Много работы, за всем нужен глаз да глаз, - закивал я, начиная маневр. - Помощи ждать неоткуда, все только навредить горазды...

Библиотекарша кивала на каждое слово. Выпуклые гляделки ее чуть затуманились.

  • Вы день-деньской на ногах, - продолжал разливаться соловьем я. - Ни минутки покоя, присесть некогда, не то, чтобы чаю попить с леденцами! А они... простите, мы все - только требовать горазды. А чтоб помочь - нет никого. Лентяи. Неблагодарные лентяи! Вы для них стараетесь, себя не щадите, а они... книги воруют!

Расчувствовавшаяся библиотекарша при последних словах аж подпрыгнула:

  • Кто? Г де? Как? Когда? Что воруют? А ну-ка, подайте мне сюда вора!

Откуда ни возьмись, в ее руках появилась тонкая длинная спица. Оружие на первый взгляд простое и мирное, только вот спица была трехгранной, в задней части ее имелась насечка для пальцев, а острие, казалось, сочилось ядом. Грозное оружие в умелых руках, особенно если она действительно смазана ядом. Пожалуй, даже иммунитет упыря может не сработать.

  • Нет-нет, что вы, - попятился я, выставив вперед ладони. - Что вы, я совсем не то имел в виду. Сейчас никто ничего не унес и не потерял. Но потеря была. Вернее, кому потеря, а кому... Вот! Она ведь у вас пропадала несколько седмиц назад?

На свет появилась та самая методичка по алхимии, которую я в свое время конфисковал у Динки и ее приятелей, а потом ее же искала Змея по всему корпусу.

Библиотекарша по привычке протянула руки, но потом отшатнулась:

  • Откуда она у вас-с?
  • Просто шел мимо и увидел. Она валялась на скамье, представляете? А если дождь пойдет? Погода-то вон какая!
  • С-спасибо, - Змея порывисто прижала книжицу к груди, как ребенка. - Вернули! Не поленилис-сь... Правда, я надеялас-сь, что он с-сам явится признаваться... С глазу на глаз,так с- сказать... Видимо, ее у него накануне... м-м... позаимствовали.

Ну да, ну да! Теперь это так называется! Вслух же я сказал совсем другое:

  • А у кого ее позаимствовали? Может быть, я знаю последнего владельца?
  • Это уже вс-се знают, - со странной интонацией протянула Змея. - Это - наш бес-смертный и бес-сменный ректор...

Значит, это правда. Ректор дает студентам книги по алхимии, да ещё не являющиеся учебниками. Мало того, что он сам не

является преподавателем алхимии, так он еще и дает задания по предмету, в котором не разбирается! Выходит, в учительской он нам всем соврал?

«Спокойно, Згаш! Спокойно! - подумал я. - Уж чья бы корова молчала!.. Кто стал преподавателем по предмету, который не понимает?»

Но тут же рассуждения вильнули в сторону. Я подумал, что невнимательно листал книгу. Не обращая внимания на возмущенный вопль библиотекарши, я выдернул у нее книгу и раскрыл наугад. Распахнулась она,тем не менеё, на статье, предваряющей одну из тем. Значит, здесь ее открывали чаще всего. Но зачем? Что тут такого интересного?

  • Свечу, пожалуйста. Зажженную свечу.

Змея что-то злобно прошипела, кажется, даже прокляла, но крохотный огарочек все-таки притащила. Дескать, когда он прогорит, тогда и вам, господин хороший, пора убираться отсюда.

Но я не спешил домой. Я осторожно водил распахнутой на нужной странице книгой над огоньком.

  • Что вы делаете? - зашипела библиотекарша. - Как вы с- смеете так обрагцатьс-ся с книгой? Это - ис-сточник знаний...
  • И проблем, - пробормотал я, а потом тихо вскрикнул. На чистом листе, отделяющем один отдел от другого, стал проступать текст. Библиотекарша подавилась всеми словами, которые хотела сказать. Не знаю, как ей, а мне почерк был знаком.

Три части белладонны, смешать с кровью черной кошки (не менее четверти литра). Развести сие женской месячной кровью, добавив сок чертополоха и четыре ягоды вороньего глаза. После чего взять нерожденное дитя, и, содрав с него кожицу...

Дальше я читать не стал. И так все было ясно. Неясно другое - зачем преподавателю истории магии знать такие рецептики, да ещё учить этому студентов? Это же запретное знание! Оно

не для всех! Там чуть ниже про разрезанную пополам жабу и куриное яйцо, которое, нанеся на него письмена, надо было носить подмышкой в течение семи суток. И половины хватило, чтобы понять - это не просто черная магия, это магия, несущая смерть. Изо всего этого варится смесь, которую можно использовать для убийства.