Глава XI. Уолтер встречает госпожу

Было где-то после полудня, когда Уолтер расстался с Деви­цей; шел он теперь на юг по солнцу, как и велела она ему, и шел быстро, ибо, точно доброму рыцарю, едущему на битву, казалось ему, будто время тянется слишком медленно перед встречей с врагом.

 

И вот за час до заката заметил он, как нечто белое и свер­кающее виднеется за дубами, и вскоре предстал пред ним пре­краснейший дом из белого мрамора, покрытый барельефом; резные фигурки на нем выглядели как живые, и одежды, и ко­жа их, а жилища, в которых они стояли, выкрашены в свет­лые и золотистые тона. Весело блестели окна в доме, и высо­кой двери предшествовал портик с колоннами и со статуями меж колонн как людей, так и зверья, а когда Уолтер глянул на крышу, то увидал, что сияет она и искрится, ибо вся черепи­ца на иен была сделана из желтого металла, который он счел чистым золотом.

И вот прошел он сквозь портик и очутился в сводчатой за­ле со множеством колонн, со стенами, покрытыми золотой и лазоревой краской, с темным полом, выложенным разно­цветной плиткой, и с витражными окнами. Посредине бил золотой фонтан, и текла вода из него по двум каналам, а через них были перекинуты серебряные мостики. Длинной была зала и сумрачной, а потому, лишь миновав фонтан, заметил Уолтер, что в ней он не один: поднял он тогда глаза на возвы­шение, и почудилось ему, будто нестерпимое сияние разлива-

ется оттуда и слепит ему взор, и, пройдя еще немного, он упал на колени, ибо на возвышении сидела пред ним див пая леди, чей облик, словно во плоти, трижды являлся ему раньше, и, как тогда, золото и драгоценные каменья украшали наряд ее. г. • Но теперь она была не одна: подле нее сидел юноша, доколь- ^J||g но пригожий, насколько разглядел Уолтер, и пышно разоде- I тый, с мечом в усыпанных самоцветами ножнах и с венцом из самоцветов на голове. Держались они за руки и казались по­груженными в нежный разговор, но столь тихо они беседова­ли, что Уолтеру было не расслышать слов, покуда наконец юноша не промолвил, обращаясь к Леди:

  • Не видишь ли ты, человек в зале?
  • Да, — отвечала она, — вижу, стоит он там на коленях, так пусть же приблизится и поведает о себе.

Тогда Уолтер поднялся, и подошел ближе, и встал перед ними, смущенный и растерянный, глядя на них и дивясь кра­сотой Леди. Что же до юноши, который был черноволос и строен, с правильными чертами лица, то, несмотря на всю его пригожесть, Уолтер придал ему мало значения — никоим образом не похож он на главного.

До сих пор не сказала Леди Уолтеру ни слова, однако юно­ша после недолгого молчания произнес:

  • Почто не преклоняешь пред нами колен, как когда во­шел?

Уолтер собрался уж было дать ему дерзкий ответ, но тут Леди заговорила и молвила:

  • Неважно, друг мой, стоит он прямо иль на коленях, но пусть ответит, коль изволит, для чего пришел и что надобно ему от меня.

Тогда отвечал Уолтер, охваченный стыдом и гневом:

  • Сбившись с пути, попал я в сей край, Леди, и набрел на твое, как полагаю, обиталище, и коли нежеланен я здесь, то уйду прямо сейчас и покину твою землю, ежели захочешь прогнать меня из нее, как и из своего дома.

Услышав сии слова, Леди повернулась и посмотрела на не­го, и едва их взоры встретились, как смесь страха и влечения пронзила ему сердце. На сей раз заговорила она, обращаясь к нему, и холоден был ее голос, лишенный и гнева, и сочувствия.

  • Чужеземец, — молвила она. — Не звала я тебя, однако мо­жешь погостить у меня, коль пожелаешь, только имей в виду: здесь не королевский двор. И правда, есть народ, что служит мне (и не один, быть может), о котором тебе лучше ничего не знать. Из прочих же слуг у меня лишь двое, ты их еще увидишь: первый — диковинное создание, что охотно напутает тебя иль искалечит, но не станет служить по доброй воле никому, кро-

ме меня; вторая — женщина, обычная раба, принужденная мне прислуживать, но которую никто больше принудить не мо­жет,.. Однако что тебе до всего этого и отчего мне все это тебе рассказывать? Не стану я гнать тебя, но, если пребывание здесь придется тебе не по нраву, не жалуйся, а уходи с миром. Теперь пора закончить нам сей разговор, дабы мы с Королеви­чем могли продолжить беседу. Не королевич ли ты часом?

  • Нет, Леди, — отвечал Уолтер, — я купеческого роду,
  • Неважно, — сказала она, — ступай же теперь в покои, ка­кие выберешь.

И сразу же после этого заговорила она с сидевшим подле нее юношей о том, как утром пели птицы под ее окном и как купалась она сегодня в лесном озерце, разгоряченная после охоты, и так далее в том же духе, будто они с Королевичем были одни в зале.

Уолтер же вышел, мучимый стыдом, словно бедняк, выстав­ленный за дверь богатым родичем, и сказал себе, что женщина эта злобна и недостойна любви и что слабое представляет она для него искушение, несмотря на всю красоту ее тела

Не видел он больше в доме ни души тем вечером, зато ожидал его накрытый стол с яствами и напитками, а после трапезы — мягкая кровать и все необходимое, но ни единое дитя Адамово не явилось, дабы услужить ему, поприветство­вать его или же предостеречь. И все же он поел, и выпил, и лег спать, и отложил все мысли о происходящем до утра, тем более что грела его надежда увидеть ласковую Девицу назав­тра между рассветом и закатом.