В тесном садике возле дома

на шаткой скамейке

среди горшков с геранью и циннией

он оставляет хлеб для птиц —

синиц, воробьев, скворцов,

по утрам зачастую соек.

 

Вчера она вырыла под магнолией яму, чтобы похоронить кошку, от старости умершую на диване.

На глубине двух метров ни тел не оказалось, ни даже костей

овчарки, зарытой шесть лет назад, легавой, похороненной в прошлом году и до этого дважды мертвых щенков родившей.